Бах!

Выстрел раздася где-то рядом. Женщины закричали, начали паниковать, ведь наши сразу приготовились стрелять. Башня БТР с пулемётом КПВТ начала разворачиваться в сторону толпы.

— Туда! — Маугли показал на дом.

— Шустрый, Самовар, за мной! — отправил я двоих и сам побежал с ними.

Вскоре мы увидели, что случилось.

Застрелили пацана из первого взвода, из двустволки в упор. Произошло это внутри дома, куда он зашёл. Стреляли с двух стволов одновременно. Сразу двухсотый.

Того, кто сделал это, уже скрутили спецназовцы, и ещё одного быстро уложили на пол. Их было двое: тот, кто выстрелил из ружья, уже седой, и молодой, должно быть, боевик. Отец и сын, они очень похожи.

Боевик прятался под кроватью, а Васька по прозвищу Казанова, убитый, зашёл в дом и увидел его. Ну а старик тут же выстрелил, чтобы прикрыть сына и дать ему возможность сбежать, но не вышло — краповые береты были рядом. Они пошли за пацаном, увидев, куда он идёт в одиночку, но было слишком поздно. Спецура успела только схватить хозяев.

— Ну что же ты так, Казанова? — Шустрый опустился рядом с телом и закрыл ему глаза. — Нельзя же так было.

Нашёл боевика и свою смерть заодно. И пары недель тут не прожил. И зачем один попёрся, ещё и без броника? Мы же ему говорили сотни раз, что здесь друзей нет.

— Наглухо, — грубым басом заметил один из спецназовцев, оглядев парня. — Ну хоть не мучался.

Столпившиеся у дома сослуживцы погибшего смотрели на тело и на ужасную рану в животе, над которой уже летали мухи. Это первый труп, который они видят так близко, ещё и друг.

Паника в селе так и не стихала, кто-то стрелял в небо, чтобы местные не лезли, а по рации докладывали о «двухсотом».

Не зря у нас у всех было предчувствие надвигающейся беды.

— Унесите! — прикрикнул я, а то так и будут стоять.

Вечером мы зашли к ним. Парни сидели кружком у палатки и тайком пили разведённый спирт из фляжки.

— Вот тебе и законы гостеприимства, — нервно засмеялся один из них. — Зашёл в дом, а в тебя из ружья в упор. Казанова же говорил, что в доме тебе так не сделают, запрещено у них на гостей нападать. Вот и попёрся, а я ему говорил, что одному нельзя идти.

— Это так не работает, — менторским тоном заметил Самовар. — Хозяин же его не приглашал, Васька сам зашёл, с пушкой. На такой случай гостеприимство не распространяется.

— А если бы хозяин его пригласил, то всё, ничего Казанове бы не было? — спросил пацан.

— Да. У них это серьёзно. Того деда свои односельчане бы прогнали, если бы тот Ваську позвал, а после этого застрелил. Если вас внутрь позвали, то ничего вам там не сделают. Главное сами порядок не нарушайте, девок не трогайте и оружием не угрожайте. А то если косяк будет, то за порог вытащат, чтобы дома кровь не проливать, и всё, хана придёт. За порогом можно.