Люди Игоря среагировали на животных рефлексах. Марина вскрикнула, инстинктивно швырнув перед собой слепящую дугу молнии из перчаток — разряд лязгнул в пустоту: Император вспышкой сместился в сторону.

Глеб, маг теней, шагнул назад, спотыкаясь о корень, его пальцы заметались, пытаясь сплести иллюзорную завесу, но тени рассыпались, не успев сгуститься, под холодным взглядом пришельца. Они отпрянули, как ошпаренные.

А Игорь остался стоять на месте. Он, легенда охотников, оказался парализован! Дрожь чистой, бессильной ярости и унижения ударила по его нервам. Он потянулся к источнику и зачерпнул всю свою силу. Этого хватило, чтобы на миг развеять паралич и вскинуть руку. Он вырвал из кобуры свой артефактный револьвер — шедевр тульских мастеров, сталь, прошитая серебряными рунами истинного поражения, эбонитовая рукоять, лежала в руке как продолжение воли. Палец нащупал курок, впился в него, готовый раздавить…

Но его верное оружие просто рассыпалось. Это был распад. Мгновенный. Тотальный. Руны вспыхнули коротким агонизирующим синим светом и погасли. Стальной ствол искривился, расплющился, превращаясь в горячую, дымящуюся лепешку. Рукоятка из эбонита раскрошилась в теплую, мелкую пыль… И заструилась сквозь сведенные судорогой пальцы. Стальная стружка упала на сапоги с тихим шелестом.

Все это произошло лишь по мановению пальца Николая. Тепло тлеющих обломков обожгло Игорю кожу. Пустота в ладони отозвалась физической болью.

— Ты… — голос охотника сорвался, захлебнулся, вышел хриплым скрежетом, словно ржавая пила по кости. Глаза, широко раскрытые от шока, впились в лицо пришельца. — Что ты такое⁈ Где… где трусливый щенок Николай⁈ Где он⁈

Император сделал один шаг вперед. Короткий. Неотвратимый. Казалось, земля подвинулась под этим шагом. Голос, когда он заговорил, был тихим, низким, но он резал слух, как раскаленное лезвие по обнаженному нерву, наполняя пространство ледяной, давящей силой, от которой сжимались легкие:

— Слабый Николай — лишь маска. Театральная тряпка для высшего света, который ползает во власти, мечтая лишь о наживе. — Еще шаг. Теперь вплотную. Лицом к лицу. Игорь почувствовал жар, исходивший от этого человека, запах озона и древней силы. — Я — истинный император России. Я — меч и щит. Моя задача — спасти страну. И выжечь всю Скверну дотла. Истребить демонов до последнего. — Его янтарные глаза впились в Игоря, игнорируя Марину и Глеба. — А что до вашего Л. И. Р.-а? То вы всего лишь сор на моем сапоге. Обычная пыль… Не более.

Игорь вдруг почувствовал, как рушится весь его мир. Бастионы его веры, его годы борьбы, его стальное презрение к «щенку» — все рухнуло в одно мгновение. Щенок оказался… этим. Чудовищем. Способным остановить его, лучшего из лучших охотников, одним только взглядом!