Я не стал тратить силы на пульсар или фонтан пламени. Я выжал из источника всё, что мог. Но не для разрушения, а для скорости. Для рефлексов. Мир замедлился. Я увидел микроскопическую задержку в его движении, когда он уклонялся от выстрела. Я не думал. Тело среагировало само. Я рванул вперед, в низкий подкат. Моя нога, заряженная остатком кинетической магии, со всей дури врезалась ему в колено.

Хруст был громким и отвратительным. Его смех превратился в визг. Он рухнул. В его глазах мелькнули боль, чистая, первобытная ярость и… удивление. Я не дал ему опомниться. Вскочил. Мой клинок взметнулся. Клоун попытался парировать стилетом, а я локтем отбил его руку в сторону. И… вонзил меч ему в горло. Не до конца. Но достаточно, чтобы перебить трахею. Он захрипел, захлебываясь собственной кровью. Его глаза округлились. Со страхом. С пониманием, что это конец…

— Игра окончена, — прошипел я, глядя в его помутневший взгляд, и вырвал меч. Кровь брызнула мне на лицо, горячая и соленая. Я не стал добивать ублюдка. Мне хотелось, чтобы он помучился… Пусть почувствует, как уходит жизнь из его тела.

Я развернулся к магам. Огневик уже лежал, закованный стараниями Орловской в ледяной саркофаг. Некромант, увидев падение Весельчака и мой безумный взгляд, попятился. Его нежить рассыпалась в прах. Василий Юсупов метнул шпагу как копье. Она пронзила темного мага насквозь, пригвоздив к стене. Он захрипел и затих.

В зале воцарилась тишина, нарушаемая только стонами раненых и хрипами умирающего Весельчака. Люди Свинца, оставшиеся без лидеров, бросали оружие. То была победа. Но какой ценой? Весь зал был усеян трупами. Среди многих бездыханных тел можно было найти людей Песца. Тот же могучий Бармен… И тот нашел здесь свой конец.

Песец стоял над телом своего друга, его плечи тряслись от беззвучных рыданий, сжатые кулаки были белы от напряжения. Мой источник был выжжен дотла. Каждый вздох резал легкие. Но останавливаться было нельзя.

— Крыша! — крикнул Андрей Юсупов, указывая на лестницу в дальнем углу зала. — Свинец там! Чую его вонь!

Мы немедленно двинулись наверх. Я шел впереди, Песец с трудом оторвался от друга и поковылял за мной следом. Орловская пристроилась сбоку. Бледная, с подбитым глазом и кровоточащим порезом на руке, она не растеряла боевого настроя. Юсуповы решили прикрывать тылы.

Крыша встретила нас ледяным ветром и липким дождем. Крупные, холодные капли хлестали по лицу. В центре площадки, под черным небом, стоял сам Васька Свинец. Коренастый, как медведь, с черной бородой и высоким морщинистым лбом, он напоминал дикого зверя, загнанного в угол. Татуировки в виде демонов и проклятых рун покрывали его толстую шею и руки. Они выглядывали из-под расстегнутой рубахи. Рядом с ним стояли еще трое магов в таких же мрачных мантиях. Их ауры сливались в одну темную, пульсирующую тучу. Свинец смотрел на нас без страха. С презрением.