— Так точно! — вытянулся по струнке молодой и статный парень в военно-морском мундире с офицерскими погонами на плечах.

— И это… — я замялся, неудобно как-то, может это личное, но меня давно этот вопрос мучал — а чего тебя Толстый Барсук назвали⁈ Ты же вроде совсем даже худой!

— А, пустяки — засмеялся «Дед» — не в толщине дело. Барсуки они же вкусные, а я поесть люблю. Когда меня в лес старейшины направили, чтобы испытание пройти и воином стать, я к норе барсучьей отправился и все десять дней, что испытание шло, механику учил да мясо лопал. Я чего, дурак что ли, на рысь, медведя или волка с копьём ходить⁈ Вот и прозвали меня так в племени, когда я с тремя шкурами барсуков вернулся. Шаман сказал, что я слишком хитрый и умный и он берёт меня к себе в ученики, и теперь я там младшим шаманом числюсь. Не все могут быть воинами, кто-то должен быть и шаманом. Теперь в племени все студенты университета младшими шаманами числятся, это с меня пошло!

— Етить колотить! — удивился я — надеюсь ты свою шаманскую траву в поход не взял? С духами и предками в машинном отделении общаться не начнёшь?

— Совсем немного, не переживайте господин Командующий, на работе не скажется — укоризненно посмотрел на меня Боря — на медицинский факультет к господину Роджеру я тоже ходил, знаю что-такое затуманенное сознание. Только иногда, когда время будет свободное, ритуалы буду проводить.

— Хоть раз поймаю на вахте обкуренным, вплавь будешь добираться до дома! — я внимательно посмотрел на открывшегося с новой стороны индейца.

— Не поймаете господин Виктор! — как-то двусмысленно ответил «Дед». Это значить типа того, что мол курить я буду, но ты меня поймать не сможешь? Жалко будет, если придётся своё обещание выполнить, хороши Борька парень…

Оставив задумчивого шамана по имени Боря заниматься своими делами, я направился в кормовую башню.

Башни «Шторма» огромны. Там установлены по три орудия главного калибра и расчёт у них соответствующий. Что бы обслуживать такую махину, нужно много людей. Один только снаряд пару сотен килограмм весит, и что бы зарядить его в орудие, нужна сложная система лифтов и лебёдок. Всего орудий главного калибра у нас девять, а башенных установок целых три. Наведение орудийной установки осуществлялось при помощи паровых двигателей постоянной скорости вращения, работавших через гидромеханические регуляторы скорости. Также в установке предусматривался ручной привод, для чего требовались усилия двенадцати человек. Для обеспечения автономной стрельбы каждая башня оборудовалась оптическим дальномером в бронированных трубах с объективами, вынесенными за пределы боевого отделения. Орудия гладкоствольные, нарезы сделать мы так пока и не смогли…