— Вас можно поздравить? — наконец посмотрел он мне в глаза.

— Нас можно поздравить, — улыбнулся я, протягивая бокал в его сторону.

Он пристально смотрел на меня, а потом едва заметно ухмыльнулся и со звоном ударил своим бокалом о мой.

Мы сделали по глотку и он медленно произнёс:

— Когда ты пришел ко мне в прошлый раз и попросил об одолжении, признаться мне хотелось выгнать тебя и никогда больше не впускать.

— Но вы всё-таки согласились, — спокойно заметил я.

Он долго молчал, а я не вмешивался, давая аристократу возможность принять произошедшее.

Почти месяц назад, сразу после моего поступления в университет и до назначенной дуэли с Морозовым, я попросил Распутина о тайной встрече. Понимая как устроен этот мир и уже неплохо разбираясь в характере Юсупова, я догадывался, что рано или поздно медиамагнат попытается переманить Распутина на свою сторону. Именно поэтому, я решил действовать на опережение.

Слабым местом Распутина была его дочь, точнее её будущее. Своенравная девушка с дурной репутацией была плохой партией и я догадывался, что Юсупов может разыграть именно этот сценарий: предложить Распутину своего неженатого сына в качестве мужа Алисы. Это было предложение, от которого князь вряд ли бы отказался. Именно поэтому я должен был действовать схожим образом и решить главную головную боль Распутина — будущее его дочери.

— Я до сих пор не уверен, что у тебя получится свести Алису с отпрыском Морозова, — смотря на тлеющие поленья, сказал он.

— Николай Морозов испытывает сильные чувства к Алисе, — спокойно заметил я. — Он ведёт себя как школьник, дёргающий за косички понравившуюся ему одноклассницу.

Распутин покачал головой:

— Меня больше беспокоит Алиса и глава рода Морозовых.

— Повторюсь, Михаила Морозова я беру на себя и даю слово, что он не станет препятствием, — с нажимом сказал я. — Но вот по поводу Алисы у меня нет никаких гарантий.

— С учётом её симпатии к тебе? — вызывающе посмотрел на меня аристократ, сидящий рядом.

— С учётом её непредсказуемого характера, — возразил я.

— Осторожнее, Даниил, ты ходишь по тонкому льду, — пронзающе посмотрел на меня Распутин. — Не забывай, что ты не аристократ, так что тебе лучше даже не смотреть в сторону моей дочери так, как она смотрит в твою.

— Вы прекрасно знаете, что в моих венах течёт аристократическая кровь, и вопрос признания моего статуса — лишь вопрос времени, — холодно ответил я.

Мне уже надоел этот разговор, происходящий не впервые. Прежде чем согласиться подыграть Юсупову и изобразить то, что Распутин меня предал, князь трижды приглашал меня на встречу, где я раз за разом убеждал его в том, что моё предложение выгодное. Решающим фактором стала та неприязнь, что он испытывал к Павлу Алексеевичу.