— Кто вы такой? — сухо спросил я.
Но вместо ответа на мой вопрос, он достал из кармана явно приготовленную заранее белую перчатку и манерно задрал голову:
— Даниил Уваров, я вызываю вас на дуэль за оскорбление чести моего рода!
Белая перчатка с тихим шлепком ударилась о мою грудь и упала на пол.
Глава 23
— Вот же идиот, — раздался сочувственный голос Алисы сзади.
И я прекрасно понимал, что сочувствует они этому бедолаге, что по собственной глупости подписал себе смертный приговор.
Она была права. Это был форменный кретин. И если буквально неделю назад я бы просто захлопнул дверь и отправил его куда подальше, то сейчас я уже не мог так поступить. Официальный статус аристократа теперь не позволял мне игнорировать подобных самоубийц, сохраняя им жизнь.
Закон чести гласил о том, что мне необходимо подтвердить свои притязания на то, чтобы зваться настоящим аристократом. И платой за это будет жизнь глупца, что стоял у меня на пороге.
Звук разбитой чашки разрезал тишину. На этот раз это была мама. Она вышла в коридор и, увидев белую перчатку у моих ног, поняла всё без слов.
— Вера Романовна, не волнуйтесь, Даниилу ничего не угрожает, — приобняла её за плечи Алиса и поспешила увести на кухню.
— Кто ты? — безэмоционально спросил я у стоящего на пороге незнакомца.
— Моё имя — Василий Иванович Васнецов. А вы, сударь, оскорбили честь моего отца, сестры и бросили вызов всему нашему роду, начав торговую войну на стороне Морозовых, — отчеканил он.
Неужели Васнецов настолько слеп в своей ярости, что отправил сына на смертельный дуэль, прекрасно зная, насколько я сильный боевой маг? Да нет, я не поверю в это, он слишком умён.
— Твой отец об этом знает? — спросил я Василия.
— Мой отец чрезмерно благороден и добр к тебе, поэтому мне пришлось вернуться из Европы, чтобы вернуть долг чести, — напыщенно сказал он.
Вот теперь всё встало на свои места. Не удивительно, что я ни разу не видел Василия в поместье. Он полностью европеизировался и понятия не имеет что здесь происходит в его отсутствие, зная лишь вырванные из контекста события и факты.
Я приложил ладонь к лицу и покачал головой:
— Твой отец чрезмерно умён и прекрасно понимает, к чему приведёт подобная глупость, что ты устроил.
— И к чему же? К справедливости? — надменно сказал Василий.
— К твоей смерти, — ледяным тоном произнёс вышедший из квартиры Распутин. — Ты что, разве не знаешь, что это будет первая дуэль для Уварова?
— Первая? — испуганно переспросил Василий, мигом растеряв всю свою браваду.
И было понятно из-за чего. Вся эта аристократическая бравада, бахвальство зиждилась на понимании того простого факта, что почти все дуэли были можно сказать бутафорскими. Аристократы обвешивались защитными артефактами и палили друг в друга из всего подряд, получая максимум что лёгкие ранения, которые тут же залечивали дежурившие рядом лекари. Но ключевое слово здесь — «почти».