Ждать долго не пришлось. Зашуршала упаковка презерватива и очень скоро я почувствовала, как его твердая длина потерлась о меня, а потом медленно погрузилась в лоно. Парень начал двигаться, и уже четвертый сильный толчок заставил меня содрогнуться, закричать от удовольствия, сминая в ладонях покрывало. Пару минут спустя он тоже достиг кульминации сотрясаясь от приятной дрожи наслаждения.
Ошибки
Меня разбудил телефонный звонок. Мобильник Адама трезвонил на всю комнату, заставляя открыть глаза. Парень посмотрел на дисплей телефона и чуть помедлив, все же поднял трубку. Чтобы не мешать мне, он поднялся с кровати и вышел в коридор для разговора. Судя по тону беседы — она была несколько напряженной. Хоть Адам и пытался говорить тише, но выходило у него не очень. Вернувшись, он начал одеваться, куда-то собираясь.
— Что-то случилось? — потирая глаза, спросила я.
— Я должен уехать ненадолго. Дела. Скоро вернусь, — натягивая джинсы, ответил он.
— Все хорошо?
Часы показывали всего лишь восемь часов утра и меня немного обеспокоила такая спешка.
— Да. Порядок. К обеду буду, — он быстро чмокнул меня в лоб. — Ты ведь не загрустишь тут одна?
— Нет.
— Найдешь что-нибудь перекусить на кухне. Там, кажется, оставались мюсли, йогурты и какая-то еда со вчерашнего ужина.
— Не беспокойся за меня.
— Ладно. Пока, — Адам снова поцеловал меня в лоб и вышел из комнаты.
Потянувшись, я еще немного понежилась в кровати и поднялась. Отодвинув плотные ночные шторы, я впустила в спальню солнечный свет. С самого утра на улице стояла жара, небо было безоблачным, глубоким. От невыносимого зноя даже птиц было не слышно — они словно прятались в тени деревьев, не желая подставлять свою пернатое тельце под палящие лучи.
Выпив пару чашек кофе и перекусив фруктовым салатом, я решила не терять времени даром и отправиться к озеру. Собрав все свои принадлежности для рисования, надев солнечные очки и намазав плечи кремом от загара, я выдвинулась навстречу своей музе.
Пейзажи с натуры мне рисовать очень нравилось. Жаль, что выезжать на природу удавалось крайне редко и подобных картин в моей коллекции было раз-два и обчелся.
Эскиз был готов уже через несколько часов и, пожалуй, если бы немилосердное ослепительное солнце, застывшее в зените, моя работа была бы закончена уже к вечеру. Предпочитая не испытывать судьбу, дабы не превратиться в жареную сосиску, я сложила все вещи и на последнем издыхании поплелась в замок. Топик и короткие шорты были насквозь пропитаны потом, голову напекло, а ноги, кажется, вовсе сгорели.
Войдя в дом, я первым делом рухнула на диван в гостиной, которая встретила меня прохладой работающего кондиционера. Адама, судя по всему, еще не было. Я позвонила ему дважды, но на звонки он почему-то не отвечал.