Руслан был на седьмом небе от счастья. Он брал Даниэля на руки при каждом удобном случае, носил его по дому, разговаривал с ним на серьёзные темы, как со взрослым, и я смеялась, глядя на эту картину — мой сильный, властный мужчина, который управлял миллиардным бизнесом, с нежностью перепеленал своего сына и шептал ему колыбельные, которые сам сочинял на ходу.

— Ты даже не представляешь, как я тебя люблю, — сказал он мне однажды утром, когда мы лежали в постели, и Даниэль спал в своей люльке рядом с нашей кроватью. — Каждое утро я просыпаюсь и боюсь, что это всё сон, что я вот-вот открою глаза и окажусь в той пустой квартире, где не было тебя. Но ты здесь. Ты рядом. И я хочу, чтобы этот день запомнился нам навсегда.

— Какой день? — спросила я, чувствуя, как его пальцы перебирают мои волосы, успокаивая и одновременно возбуждая.

— День нашей свадьбы, — ответил он, и в его глазах зажглась та решимость, которую я так любила в нём. — Мы откладывали это слишком долго. Я хочу, чтобы через месяц, в самый разгар лета, мы стали мужем и женой перед Богом и перед всеми, кто нам дорог. Настоящая свадьба, с белым платьем, с венчанием, с танцами до утра. Ты согласна?

Я смотрела на него, и слёзы счастья подступали к моим глазам. Я помнила нашу первую свадьбу — она была пышной и дорогой, но в ней не было души, потому что мы делали её для других, для статуса, для семьи. Теперь мы делали её для себя, для нашей любви, которая прошла через ад и стала только сильнее.

— Я согласна, — сказала я, и мои слова были как клятва. — Давай сделаем этот день незабываемым.

Мы начали подготовку к свадьбе с новым энтузиазмом, но на этот раз всё было иначе. Мы не нанимали десятки организаторов, не заказывали лимузины и фейерверки — мы хотели, чтобы это было нашим торжеством, простым и искренним, как сама жизнь. Мы выбрали небольшой старый особняк за городом, окружённый вековыми дубами, который сдавали для свадебных церемоний, и я сразу влюбилась в него — в его каменные стены, увитые плющом, в его просторный зал с высокими окнами, через которые лился солнечный свет.

— Здесь будет наша церемония, — сказала я, стоя посреди пустого зала и чувствуя, как мои слова эхом разлетаются в пространстве. — Здесь мы скажем друг другу «да» во второй раз, но так, как должны были сказать в первый.

Руслан подошёл ко мне сзади и обнял, прижимаясь щекой к моей голове, и я чувствовала, как его дыхание касается моих волос.

— Я люблю тебя, — прошептал он, и голос его был полон той же нежности, что и в день нашего знакомства. — Ты знаешь, что я всегда любил тебя, даже когда был глупцом и не умел этого показывать?