— И что ты предлагаешь? — спросила я, чувствуя, как раздражение поднимается внутри меня. — Я должна притворяться его женой? Сколько? День, неделю, месяц?
— Столько, сколько потребуется, — твёрдо сказала она. — Ты всё ещё любишь его, Алия. Я вижу это по твоим глазам. И он любит тебя. Даже если он не помнит наш развод, он помнит твою любовь.
Я хотела возразить, сказать, что она ошибается, что я давно перестала любить его, но слова застряли в горле, потому что я знала — это ложь. Я всё ещё любила его, любила, несмотря на всё, что произошло между нами. И это была самая большая моя слабость.
— Хорошо, — сдалась я, понимая, что проигрываю эту битву с самой собой. — Я сделаю это. Но на своих условиях. Когда он поправится, я расскажу ему правду. И если он захочет меня видеть после этого, тогда мы будем решать, что делать дальше.
Она кивнула, и я увидела в её глазах благодарность, которая была мне почти противна, потому что она не имела права быть благодарной мне после всего, что она сделала, чтобы разрушить наш брак. Но я отбросила эти мысли и повернулась к двери палаты. Я должна была сделать то, что считала правильным, даже если это разрушало меня изнутри.
Я открыла дверь и вошла обратно в палату, чувствуя на себе взгляд Руслана, который смотрел на меня с той же теплотой, что и три года назад, когда мы только поженились. Я села рядом и взяла его руку в свою, и в этом жесте я чувствовала, как старые раны начинают затягиваться, оставляя после себя лишь шрамы, которые напоминали мне о том, как легко можно обжечься о собственное прошлое.
— Останься со мной, — попросил он, и в голосе его было столько мольбы, что я не могла отказать ему. — Пожалуйста, останься.
— Я останусь, — ответила я, и эти слова прозвучали как приговор. — Я никуда не уйду.
И в этот момент я поняла, что больше не могу убегать от своей судьбы. Судьба сама нашла меня и бросила обратно в объятия человека, от которого я так долго убегала. Теперь оставалось только плыть по течению и надеяться, что я не утону в этом океане чувств, которые снова накрыли меня с головой.
Глава 2. Дом, который помнит нас
Три дня и три ночи я провела в больничной палате, почти не смыкая глаз. Каждое утро начиналось с одного и того же — я просыпалась в кресле, чувствуя, как затекает спина и немеют ноги, но стоило мне взглянуть на Руслана, как все неудобства становились неважными. Его состояние улучшалось с каждым днём: сначала он начал есть самостоятельно, потом вставать с постели, а на третий день врачи разрешили ему прогуливаться по коридору, и я шла рядом, поддерживая его под локоть, чувствуя, как сильно он опирается на меня, словно я была его единственной опорой в этом мире.