* * *

Сорок три убитых орденца. Одиннадцать обычных солдат. Семнадцать искалеченных людей. Ещё больше обычных раненых, которые будут восстанавливаться от двух дней до двух недель.

Как ни крути, а это был чудовищный провал.

Уже утром на свежую голову мы собрались командирским составом и обсудили ситуацию. Если коротко, то общение свелось к тому, что решения проблемы нет.

Сотня мертвяков была настолько сильна, что для её уничтожения требовалась небольшая армия сильных адептов. Даже собери мы такую, это не имело бы смысла, потому что нужно уничтожить главного мертвеца, который за них отвечает. А он не спешит уничтожаться, стоит к нему приблизиться, сразу уходит. Этой ночью я засек, что он по полной использует птиц, животных и монстров, которые располагаются вокруг него, наверняка создавая целую сеть отслеживания. Также рядом с ним находилось двадцать дополнительных мертвецов. То есть их не сто, а сто двадцать теперь, если быть точным. Этой двадцатки хватит, чтобы задержать почти любой отряд.

С обнаружением тоже беда. Военные не идиоты, меры против проникновения диверсантов предпринимают. На всех важных точках стоят блокпосты, патрульные курсируют по маршрутам, налажена система оповещения. Как мне сказали, кто-то ушлый способен проникнуть, но его быстро обнаружат и уничтожат. Только вот речь шла про обычные отряды или на крайний случай висмархов, которые раньше как раз и ходили небольшими группами.

Что делать с тварью, которая способна засечь людей на приличном расстоянии — неизвестно.

Точнее, как раз понятно. Пара сотен подобных мне, с освоенной Кровью и боевым опытом, решили бы проблему. Тем более Гвардеец и правда смог использовать Кровь. Бился в первых рядах, не жалея себя. Теперь восстанавливается. Сестры тоже шагнули вперед, но на Кровь полноценно не перешли всё же, на самой грани замерли. Ещё месяц, от силы два — и сделают этот шаг. Демьян тоже от них не отстаёт. Как и отряд Гвардейца не отстает от своего командира.

Казалось бы, есть надежда, но… На следующий день, не откладывая, орден покинуло одиннадцать человек. Поэтому я и не спешил с клятвами. Подозревал, что что-то такое будет. Если мертвец на это и рассчитывал, то он кое в чём ошибся. Не все способны выдержать тяжёлые испытания и то, что смерть гуляет рядом. Но те, кто останется, воздадут по долгам сполна.

* * *

Следующие два месяца можно смело назвать одой насилию, смерти и отчаянию. Мертвец пытался уничтожить нас: меня, Эмму, Славского и всех, причастных к ордену, — а также сломить сопротивление княжества. Мы отвечали ему и пытались перестроиться, выработать новые методы, как-то противодействовать.