— Прошлым ублюдкам тоже гонору было не занимать.

Мертвец улыбнулся шире и похлопал мне.

— Признаюсь, я получаю истинное удовольствие от происходящего, — сказал он. — Так давно не было нужды в моих услугах. Вы, люди, слишком охотно приняли на себя роль скота. Никаких вызовов. Никаких масштабных битв. Вот уже почти триста лет, как вы славно трудитесь и размножаетесь, для того чтобы стать пищей.

Что ж. Задеть он тоже умеет.

— И какого это? — спросил я. — Триста лет быть бесполезным. Предать свой род, переметнуться к врагу, продать всего себя, чтобы… Влачить ещё более жалкое существование? Кто из нас раб? Не слишком ли нагло мнить себя кем-то другим?

— И ты снова прав, человек! — воскликнул он. — Мы все рабы. Пастухи и скот. Разница лишь в том, что ваш век скоротечен, а я могу время от времени заниматься любимым делом.

— Рано или поздно я тебя достану, — пообещал я.

— Думаешь, дальше я буду продолжать теми же методами? — изогнул бровь мертвец. — Это была разминка для меня. Вспомнил старые навыки, которые покрылись пылью за века. Неужели ты не осознаешь, что я вас всех щадил? Что останется от вашего княжества, если парочка городов превратился в могилы? Твой орден, может, и уцелеет, но горстка людей на пепелище ни на что неспособна — какой толк от этого будет? Ты готов к таким жертвам? Или на что-то рассчитываешь? Я допускаю, — он выставил ладонь, будто хотел не дать перебить, хотя я и не собирался, внимательно слушая о его дальнейших планах, — что ты способен убить меня. Убил же ты трёх других учеников. Думаешь, в этом случае у вас появятся шансы? Нет, в этом случае всё будет куда хуже. Вы, люди, слишком плохо знаете настоящую историю. Будь иначе, ты бы слышал о четырёх Всадниках. В те времена вы придумали им красивые прозвища. Чума, Война, Голод и Смерть. У каждого был ученик. Ты убил троих. Убьёшь четвёртого — кого-то из Всадников пробудят. В этом случае начнётся опустошение. Миллионы погибнут. Всадник пройдёт из одного конца материка в другой, погружая человечество в тёмные века. А дальше всё начнётся сначала. Появится новая модель управления скотом. Ты бьёшься ради этого? Готов стать причиной гибели миллиардов?

— Забавно. Мерзкая болезнь пытается убедить целителя, что её не надо лечить.

— Я люблю войну, но не бессмысленные жертвы. Ты сам сделал этот выбор, человек. Смотри, не пожалей.

— Заложников отпустишь?

— Конечно, — удивился он. — Если я их убью, второй раз это не сработает. Вдруг я ещё захочу поговорить? Например, когда ты будешь сломлен, разбит и одинок, когда все отвернутся от тебя и ты осознаешь, насколько тщетны твои надежды.