— Ну-ну, всё хорошо… Плохие дяди ушли… Или умерли. Тебя больше никто не обидит!
— А п-п-п… П-п-почему… Т-ты — г-голый?..
— Долгая история… Нам бы убраться отсюда. Давай, времени мало, последний южанин может вернуться. Одевайся. Хотя…
Я оглядел пол комнаты, по которому ровным слоем были разбросаны вещи Ирины. Мало того, что они частью были порваны, так теперь их ещё и залило кровью. К горлу вновь подступила тошнота.
Шагнув к окну, я сорвал занавеску.
— Ир… Вот, завернись. Переоденешься у себя.
Когда мы наконец вышли в коридор, раздался знакомый скрип и открылась одна из дверей. Оттуда выглянул дедушка в очень толстых очках и подслеповато прищурился.
— Ирочка, это ты? Кто с тобой, не вижу…
— Эт-то… Ян. Д-друг.
— А-а-а, это хорошо, что друг, — облегчённо улыбнулся старик. — Я полицейских уже вызвал, не переживайте. Как только началось всё — так сразу и вызвал! Сказали что вот-вот должны подъехать…
Будто задавшись идеей подтвердить слова старика, за окнами завыли приближающиеся сирены. И я остановился на полушаге, опустив руки.
— Ян? Ян? Чт-то с т-тобой?..
— Ничего, Ир. Всё нормально…
«Просто, оказалось, что я мог не спасать тебя… Да и себя тоже, если быть честным… Ценой собственной свободы».
Говорить этого, понятное дело, не стал.
Глава 5
Комната Иры производила гнетущее впечатление. Вынесенная южанами дверь лежала на полу, закрывая собой почти всё свободное пространство. Рядом валялось два колченогих стула, один — со сломанной спинкой. Разная мелочёвка, снесённая во время борьбы с тумбочки и небольшого столика, была беспорядочно разбросано. Наискосок из угла торчала вешалка типа «шест с крючками, торчащими во все стороны», не до конца опрокинутая только потому, что зацепилась одним из «рогов» за ручку шкафа. Пара упавших курток и злополучное пальто довершали картину разгрома.
На единственном свободном от всего этого месте лежали моя одежда и наручники — именно там меня и оставили, заковав, наёмники Меньшиковых.
«Ян! Посади девушку и оденься. И — незаметно! Прошу отдельно обратить внимание — незаметно! Постарайся спрятать наручники в карман!»
Забывшись, кивнул, но Ира вроде не заметила. Проводил её до дивана с наполовину стянутым покрывалом. Усадил, после чего поспешно отвернулся и шагнул к своим вещам. Оставаться голым было крайне неуютно, ещё и начала бить лёгкая дрожь, причём непонятно — то ли от холода, то ли нервная.
Что думает девушка о своём новом знакомом-эксгибиционисте, который светит перед нею розовой задницей, при этом изо всех сил старался не думать. Огромных усилий стоило не прикрываться стыдливо и хотя бы внешне изображать, будто происходящее заботит меня не настолько сильно, насколько это есть на самом деле.