— С… С первого… — выдыхаю. — Как-то не так я себе это представлял.
— После такого насилия. — перекусывает губу. — Только в любви и признаваться.
— Хе… — нервный смешок. Затем, наблюдая, как она встает, — Что-то… Что-то изменится…
— Между нами? — морщится, потирая пятую точку. — Ай. — Черт, там синяки. — Нет, с чего бы? — подмигивает. Часть одежды не пригодна в использование, но нижнее белье возвращается на место. — К сожалению. — чуть нахмурилась. — Перед знатью и кланами. — Тошно произносить вслух. — Мы все еще ученик и учитель. Но! — приподнимает палец. — По второй книге правил клана Персиковой Лисы. Страница сорок семь, седьмой пункт, пятый подпункт, про отношения старшей семьи с участниками из вне или внутри клана. — Ого… Вспомнила без запинки. — Ты можешь быть моим фаворитом. — Лишь на мгновение ухмылка погасла. — По крайней мере, пока мы не доберемся до древа.
— Фаворитом? — прижимаю руку к виску и удивляюсь, почему отдача от этой ночи минимальна.
— Это, хм. — Барабанит пальцем по подбородку. — Не совсем отношения в мире знати. Точнее, игра в одну сторону. — Взгляд будто готовится бросить мне вызов. — Фаворит — тот, кто действительно признался в своих чувствах чуть больше, чем дружба. — Я радостно улыбнулся. — И был отвергнут. — Улыбка погасла. — Хе-хе. Дама или муж отвергли, да, но при этом оставляют для признавшегося шанс. На деле никакого шанса нет, просто это еще один инструмент окружить себя верными слугами. Но! — Каждый раз она кайфует, произнося эти две буквы. — Это развяжет тебе руки. Мне-то придется изображать холод, а вот ты…
— Я смогу прямо заявлять о своих намерениях. — Вспоминаю, как бесился из-за Ватзбери младшего. — И если кто-то попробует сблизиться. — Киваю сам себе. — Как фаворит.
— Да-а-а. — Наклоняется ко мне, поцелуйчик в щеку. — Допустим, ты можешь спокойно сказать: 'Не смей прикасаться к ней или… — Играет глазами. — 'Вызываю тебя на дуэль — Уже представляет себе такие ситуации.
Дьявол… Если бы я признался раньше. Сколько бы сопливых страданий и самоистязаний можно было избежать. Вдох, выдох. Больше никаких сомнений, Коста.
— Люблю тебя. — Вроде сказал это пару минут назад, но вот Аси снова услышала заветное, щеки вспыхнули.
— Еще разок. — Шепчет.
— Люблю тебя. — Твердо и уверенно.
— Еще…
— Люблю… — Последнее не дала договорить, теперь поцеловав в губы.
— Всё, пока хватит. — Легонько поворачивает мою голову. — А то во мне нет сил на новый раунд. — Потянулась. — Еще никто меня так не насиловал.
— Кхм… Асити… — Отвожу взгляд, а любимая смеется.