Та медленно кивнула.

— Так вот, они пытались приравнять к нему тот случай с пилюлями водной жизни, что он помешал мне и так далее, но я не член императорского рода, а значит это тоже отметается. Подготовка переворота с целью свержения императорского рода тем более мимо. Это всё относится к тому парню, про которого ты молчишь, и они попытались перебросить вину и на тебя, но всё тщетно, их обвинения разбиты. Кроме одного…

Ки внимательно посмотрела на Мимань, выдержав паузу.

— Ты попадаешь под закон участие в незаконной деятельности, направленной против интересов империи, — и тихо добавила. — А это измена. Мимань?

Та подняла взгляд.

— Что? — тихо спросила она. Ки была единственной, кто слышала её голос в принципе.

— Измена — это высшая мера наказания. Ты понимаешь это?

Кивнула.

— Мимань, тебе надо просто сказать, что ты не знала, как он будет их использовать, слышишь? Что ты не приделах, что ты его любила, и не знала, что так всё выйдет. Тебе надо хоть что-то ответить на суде.

— Я если я не хочу? — бесцветным голосом спросила она.

— Да нет такого теперь «не хочу»! —­ воскликнула та. — Мимань, тебе голову отрубят!

— И что?

— И что?! Ты не понимаешь?! Тебя могут оправдать! Всё может вернуться обратно, если ты просто скажешь, что понятия не имела о происходящем и расскажешь, куда ты его телепортировала в последний раз! Покажешь, что не за одно с ним! А иначе это выглядит так, будто ты с ним в сговоре и специально не выдаёшь! Мимань!

— Не кричи, — пробормотала она.

— Что не кричи?! ­— Ки слёзы на глазах уже выступали. — Тебя же казнят! Ты помогла ему скрыться, и ты помогала ему пилюлями — при твоём молчании в глазах других ты виновна. Да боги, о чём я, не знай тебя, то же бы подумала, что ты с ним за одно! Это и выглядит так — ты помогла мальчишке пилюлями в обход запрета, чтобы сорвать операцию, а сейчас не выдаёшь его!

— Мне всё равно, — покачала Мимань головой. — Я не сдам его.

— Но почему?!

— Потому что я люблю его, Ки, — тихо ответила она. — Это не достаточный повод сохранить верность человеку?

— Но из тебя же делают показательную жертву. Я просила дать тебе помилование, но даже император отказывается это делать. Они хотят продемонстрировать, напомнить, что будет с любым, кто будет попытается играть против империи! Неужели ты этого не понимаешь?! Это показательная порка, чтобы напомнить, кто здесь главный! Тебя уже давно можно было освободить, но…

— Знаю, но я останусь верна собственному сердцу, Ки, — ответила та спокойно. — Я не выдам его, как бы на меня не давили. Потому что он вернётся за мной.