— Ничего… — пробормотала Чёрная Лисица и завалилась на меня.

Вспоминая свой прошлый опыт с Лисицей, я мог точно сказать, что сейчас она не подкатывает ко мне, а просто настолько пьяна. Поэтому всё, что мне оставалось, это поддерживать её, чтобы случайно головой в костёр не упала. Может быть она и исцелит себя, он вряд ли сможет восстановить сгоревшие на голове волосы.

— Совунье Бао нравится… — пробормотала Лисица. — Может он не так уж и плох? Ик…

— Бао? Да его же только сила интересует, — ответил я.

— Да… ик… верно… — пробормотала она.

— Так почему вы спросили про Бао, говорил ли он мне что-нибудь? — полюбопытствовал я.

— Я… ик… Вдруг он что-то про меня рассказывал тебе… — выдохнула она.

— А есть, что мне следовало бы знать? Мне кажется, будь это столь важно, вы бы сами мне всё рассказали, нет? — добродушно ответил я. — Может вам поспать?

Я уже было поднялся, но Чёрная Лисица упрямо надавила мне на плечо, давая понять, что хочет, чтобы я остался.

— Просто я хочу, чтобы ты узнал это всё же от меня, а не от Бао. Я знаю, что он может попытаться меня этим упрекнуть или унизить как-нибудь…

­— За что?

— Потому что может… ик…

— О чём речь, Чёрная Лисица? — спросил я самым серьёзным и внимательным выражением лица.

Чёрная Лисица смолкла, глядя на костёр. Она молчала так долго, что уже начал было думать.

— Моя структура… ик… она сломана, ты знаешь, не так ли? — тихо произнесла она.

— Да, вы говорили об этом. Что не сможете подняться выше восьмого.

— Да, и… в детстве… я… ик…

— Вас использовали как котёл, — негромко подсказал я, уже понимая, о чём идёт речь.

Я понял это и без объяснений Лисицы ещё раньше, не тупой, но видимо ей необходимо было это именно сказать, чтобы почувствовать себя лучше. И, возможно, именно это она хотела рассказать мне тогда, когда нас прервал огненный петух. Она так боялась, что я об этом узнаю от кого-то другого, что решила сама рассказать.

Долго же она духом собиралась.

— Меня изнасиловали, — выдохнула Чёрная Лисица эти слова. — Не надо… ик… скрывать красивыми названиями страшные вещи, Юнксу. Ик… Меня изнасиловали и сломали мне структуру. Это… мы с Пейжи… вернее… ик… Пейжи… мы с ней однажды перешли всё-таки на ту сторону реки. Помнишь, я рассказывала?

­— Река у деревни, за которую вам нельзя было заходить, а Пейжи была любознательной, да?

— Верно, — кивнула Лисица медленно. — Раз, другой, третий… ик… Мы переходили туда, я следом за Пейжи, пока не встретили последователей. Двух молодых последователей, которые… они…

Лисица с трудом подбирала слова, а её язык заплетался всё сильнее и сильнее, будто алкоголь в крови вновь начал её глушит, заставляя уснуть и не выдавать тайну. Но я её не останавливал. Ей надо выговориться, раз захотелось, и прервать сейчас — это захлопнуть это в ней надолго, если не на всегда, чтобы это всё тухло внутри.