А потом понял, что она просто-напросто уснула в моих объятиях со спокойной душой. Хотелось верить, что ей именно что стало спокойнее от того, что никто её не станет призирать. Я знал, что такое бывает, но так же знал, что мир полон идиотов, которые ничего не поймут, пока с ними самими этого не случиться.
Поэтому я осторожно поднял Лисицу и отнёс её обратно в её палатку, пока пустующую (она делила её с Совуньей), а сам устроился на дежурство. Сегодня была моя смена.
На утро Лисица так ничего и не помнила. Или сделала вид, что ничего не помнила. Вылезла из палатки, огляделась, посмотрела на меня, деградирующего и засовывающего палочкой в костёр листики и представляющего, что это Вьисендо в печь отправляется, после чего слабо улыбнулась.
Её улыбка была как вспышка фотоаппарата — вот она есть, а вот её уже и нет, и ты думаешь, не показалось ли тебе. Или показалось? А может надо подойти и спросить, показалось ли мне или нет, и если нет, могла бы она ещё раз улыбнуться? Я просто моргнул в этот момент.
Правда Лисица уже к тому моменту просто развернулась и ушла к ручью умываться и мыться, куда последовала за ней и Совунья. Очень скоро из другой палатки повыбирались Джа, Мимань и Стрекоза. И если Даж поприветствовала меня стандартно, удалившись за остальными, то вот Мимань тут же подсела ко мне, вся такая радостная и довольная.
— Выспалась? — полюбопытствовал я.
— Ага, — кивнула она, источая ауру радости. — Что-что, но твой друг умеет варить алкоголь. Я не пью, совсем не пью, мама запрещает, однако это был удивительный опыт!!
— Ну если ты в первый раз его пробуешь, то откуда тебе знать, что не бывает и лучше? — Задал я логичный вопрос.
— Ну так я же чувствую себя хорошо! Значит и алкоголь хороший! Вот! — логика не поспоришь. — А ты пробывал? Кстати, а не хочешь пойти на ручей…
И бла-бла-бла, вся щебечет, что аж невозможно, а позади стоит Стрекоза недовольно хмурится милой мордашкой, а её коготки недвусмысленно двигаются, как бы намекая на то, что она готова в буквальном смысле слова порвать Мимань на части. И зная её слегка звериный характер, я уверен, что так она и сделает.
— Давай ты лучше пока пойдёшь и помоешься, а потом мы уже решим, что да как, хорошо?
— Хочешь сказать, что я грязная?! — Возмутилась она.
— Нет, хочу сказать, что мне нравится запах ручья, который исходит от тебя.
— Ну ладно… — протянула она с улыбкой. — Но я скоро вернусь! Нам надо подняться ещё в горы!
И с этими словами Мимань ускакала за остальными.
Что касается Стрекозы, то та, как очень коварная особь, сначала было пошла за ней, но буквально через пару секунд вернулась обратно, да так, что врезалась в меня, завалила на землю и поцеловала. Что-что, а целоваться она человеческий ртом научилась, а то раньше просто за губы кусала.