Я направил туннель вверх. Единственный способ убежать от того, что затаилось в глубинах подземелий — это выбраться туда, отчего оно так прячется, а именно от солнечного света.
Даже если там будет буря, это всё лучше, чем оставаться один на один во тьме с этим.
Мы поднимались всё выше и выше, по скальным породам, пока наконец не достигли поверхности. Правда с поверхностью я погорячился. Вместо этого расщепил бетонный пол, и мы выскочили… куда?
Так, ещё одно помещение. Если быть точнее, ангар, со слегка скруглённой крышей, как для самолётов. Совершенно пустой, метров сто, наверное, в ширину и такой длинный, что один его край просто терялся во тьме.
Однако с другой его стороны был выход.
— Смотрите-свет! — крикнула Стрекоза, указав на другой конец ангара.
Там, через приоткрытые ворота, которые, видимо, разъезжались в стороны, действительно пробивался через щель зеленоватый свет.
— Туда, быстро! крикнул я и мы впятером бросились к выходу.
Мы бросились наутёк, спасаясь бегством от того, что нас преследовало. Это этого не спала даже закопанный туннель, оно будто проходило сквозь стены. А ещё шёпот, много шёпотов, которые начали слышаться не только мне, но и другим. И глядя на то, как рьяно убегает Зу-Зу, я даже догадывался, что это может быть.
— Ч-что это⁈ — испуганно пискнула Шонь.
— Не оборачивайтесь, бегите! — крикнул я.
Мы бежали. Мчались по пустому залу. Наш топот эхом разносились по пустому помещению.
На бегу я сунул руку в сумку и тут же выхватил то, что искал.
— Быстрее! — крикнул я, пытаясь на бегу проделать нехитрый фокус.
Ещё каких-то тридцать секунд, и мы достигли выхода. Огромные железные ворота, которые действительно по рельсам разъезжались в стороны были приоткрыты, позволив всем по одному проскочить наружу. Но я задержался.
Не буду врать, чем ближе наш преследователь приближался к нам, тем хуже становилось. Простой страх перерастал в ужас, шёпот становился громче, он уже стрекотал, как звук рвущейся бумаги или кожи. К нему прибавился истерическое хихиканье и смех, которые переходили в голодное чавканье. Сначала тихие, но потом всё громче и громче, будто ко мне ехала сама дурка. От этого разило диким холодом, который пробирал насквозь.
И дополнял этот концерт звон колокольчиков. Маленьких таких звонких колокольчиков, которые сводили с ума не хуже, чем хохот безумия.
— Ты что делаешь⁈ — замедлился Бао, увидев, что я остановился у самого входа.
— Бегите! — крикнул я, быстро вырисовывая знаки на листке бумаги.
— Юнксу млять!
— Пошёл нахер от входа! — рявкнул я, вложив силу в голос, после чего обернулся к тому, что нагоняло ужас на всё живое. Что нагоняло ужас даже на меня, и когда-то уже не сожрало мою душу, на многие года оставив мне напоследок кошмары.