Я кивнул.

— Именно. В начале первого туда явилась Настя Бурцева вместе со своим кавалером.

— С Фёдором Тартановым?

— С Фёдором. Фамилию того мужика я не запомнил.

Лев Петрович всё же стрельнул взглядом в осу. Но тут же вернулся к созерцанию моей переносицы.

— Они вас заметили? — спросил капитан. — Как скоро это случилось? Как Тартанов и Бурцева отреагировали на ваше присутствие? Почему вы напали на Тартанова? Как отреагировала на нападение Анастасия Евгеньевна?

— Заметили? — переспросил я. — Меня? Нет.

Усмехнулся, сказал:

— Им было не до меня. Я любовался морем, а они занимались своими делами…

— Какими делами? Уточните.

— Целовались, насколько я понял. Я бы вообще к ним не пошёл. Если бы не понял, что этот пьяный придурок её насилует…

— Насилует? — спросил Зареченский. — Почему вы так решили?

Он взглянул мне в глаза.

Я развёл руками.

— Настя кричала, отбивалась. Пугала этого мужика своим отцом полковником КГБ. Её блузка трещала так, что заглушала шум волн. Что ещё я мог подумать? Когда я к ним подошёл, этот гадёныш уже приспустил штаны.

Лев Петрович нахмурился.

Я прикинул: на вид ему было лет тридцать-тридцать пять — залысины и морщины у глаз его старили.

— Гражданка Бурцева не упоминала о попытке изнасилования.

Зареченский прикоснулся к завязкам на папке.

Я снова чуть приподнял руки.

— Понятия не имею, о чём вам рассказала Настя. Говорю вам о том, что видел и слышал я. Это была попытка изнасилования. Я стащил этого сверкавшего голым задом придурка с Бурцевой. И Настю этот факт совсем не расстроил.

Осе не понравилась тема нашего разговора: она на секунду замерла, улетела.

Я заметил, что Лена Котова пока так и не сдвинулась с места. Она сверлила «Волгу» взглядом, переминалась с ноги на ногу.

Лев Петрович положил руку на рулевое колесо.

— Ладно, оставим этот момент… пока, — сказал он.

Похлопал ладонью по папке.

— Сергей Леонидович, вы познакомились с Анастасией Евгеньевной Бурцевой в ночь с первого на второе июля, — произнёс капитан. — Этот момент мы уточнили. Мне известно, что вы избили Фёдора Тартанова…

— Избил?

Я хмыкнул и сообщил:

— Он ушёл с Птичьей скалы самостоятельно. Если бы я его избил, его оттуда унесли бы на носилках. Я только немного проучил Тартанова. Сделал это по просьбе Насти Бурцевой, между прочим.

Зареченский дёрнул плечом.

— Не суть, — сказал он. — Фёдор Тартанов меня не интересует… пока. Вернёмся к вашим взаимоотношениям с гражданкой Бурцевой. От Птичьей скалы вы повели её в пансионат «Аврора». Почему не в Георгиевку?

— Она меня об этом не попросила. Тогда. В ту ночь мы с Настей гуляли.