— Так точно, сэр!
Крюгер улыбнулся, и улыбка эта была похожа на волчий оскал:
— Ты хотел боевой корабль Конфедерации, парень? Он у нас будет…
— Но мы не справимся с пиратами втроем! Там ведь будет не полдюжины растерянных матросов с транспортника, а вооруженные до зубов и готовые к бою головорезы!
— У нас тоже будут свои… Головорезы… — недобро усмехнулся полковник. — Вы с нами, мистер Кормак?
Парень недовольно цыкнул зубом, а потом сердито сказал:
— А вы как думаете? Пойдемте, я покажу вам арсенал…
Глава 10 Парень собирается дезертировать
Полковник уселся за консоль видеосвязи и хлопнул руками по подлокотникам кресла.
— Сержант Махони, что с каналом связи?
— Стабилен!
— Ну что, с Богом! — Крюгер нажал кнопку вызова. — «Моцарт» вызывает «Самтер»!
Гай неприлично громко хихикнул. У него в голове все это время вертелись оба имени полковника — Вольфганг Амадей. Наконец все сошлось — Моцарт! Полковник, несмотря на свою внешность и повадки солдафона, обладал чувством юмора!
Крюгер, видимо, услышал это хихиканье и сказал:
— У меня отец был дирижером в консерватории Кармарена. А мать — прима в оркестре…
Гай сделал обезоруженный жест руками и постарался сделать еще и серьезное лицо, но в глазах у него еще оставалась улыбка.
Вдруг экран консоли разразился трехэтажным радостным матом, и хриплый прокуренный голос произнес:
— На связи «Самтер»! Говорит сержант Мадзинга! Полковник, это вы?
— Включай видео, Винченцо, может быть, я соскучился по твоей небритой роже!
— Так точно, сэр!
Экран загорелся, и Гай увидел мордатого мужика лет сорока с непослушной черной шевелюрой и живописной бородой. По экрану пробегали помехи, но связь работала, и Мадзинга смог рассмотреть своих собеседников и разразился новой порцией отборной международной, английской и итальянской брани. Что такое «пецодимерда» и «фанкула» Гай не понял, но общий смысл уловил. Мадзинга был очень рад тому, что Эбигайль Махони тоже живая и невредимая. Девушка помахала ему рукой и улыбнулась.
— Мадзинга, как обстановка после… — Крюгер глянул на Гая и не договорил, но с той стороны монитора его поняли.
— Подлатали «Самтер», подлечились, пополнили боезапас… — Мадзинга посерьезнел. — Семецкий не выкарабкался. Его здорово приложило… Док делал все, что мог, но…
Крюгер на секунду закрыл лицо ладонью, и было видно, как у него на скулах зашевелились желваки. В это время с той стороны экран заполнили новые лица: бритый наголо мужик в майке с лицом таким зверским, что ему можно было бы играть убийц в театре, и еще один в конфедератской форме с погонами лейтенанта. Крюгер сразу как-то ожил.