С календарем Гай разобрался просто. Местный год длился четыреста семьдесят восемь дней, так что парень для удобства разделил его на двенадцать месяцев по сорок дней в каждом, исключая один, в котором было тридцать восемь дней. Каждый месяц делился на четыре декады. А как Гай Дж. Кормак делил декаду, это уже понятно. Календарь он нарисовал на стене сарая, за начало летоисчисления взяв момент своего прибытия сюда и отметив эту дату жирным кругом. По его расчётам, приземлился он во второй месяц осени, первой декаде, в девятый домашний день. Дни так и делились: домашние и походные. И один выходной.
Тренировки и долгие охотничьи походы закалили тело и дух, Мич не давал унывать, отмачивая время от времени какие-нибудь каверзы, книги из Сезама Гай завозил каждый месяц — по десять. Медик пичкал его какими-то общеукрепляющими, стимулирующими и поддерживающими препаратами, Долина по мере приложения усилий благоустраивалась. Жизнь налаживалась!
Дерьмо тоже случалось. Однажды проснувшись и глянув в окно, Гай Дж. Кормак подумал, что сходит с ума. За окном не было ни-че-го. Белая холодная мгла ломилась в окна, дверь не отпиралась, все это было похоже на безумие.
Выручил Мич. Он влез по раме на окно, дернул за ручку форточки, и в дом пахнуло холодом.
Что-то просыпалось на пол и от жара печки растаяло, превратившись в лужицу воды. Снег! За ночь выпало столько снега, что засыпало дом по самую крышу!
Матерясь и проклиная свою судьбу, Гай расчищал проход к сараю и к ручью. Целый день он убил на это и лег спать полностью обессилевший.
А на следующее утро началась оттепель, солнце светило вовсю, и чертов снег начал таять! Сырость, грязь, ручьи грязной воды царили повсюду в Долине, да и в доме Гая тоже…
У парня просто руки опустились. Вчера весь день убит был на бессмысленную работу, а сегодня все только хуже: предстоит масса уборки в доме, потоки талой воды снесли мостки через ручей, засорили генератор, подмочили запасы…
На ум пришла ему цитата из Библии, которую часто приводил в пример отец: «Все, что может рука твоя делать, по силам делай!» Так сказал Экклезиаст.
А Юджин Зборовски говорил о том, что после серьезного дерьма должно привалить счастье.
— Будем ждать счастья, черт бы его побрал! — проговорил Гай Дж. Кормак и принялся за работу.
Глава 8 Пираты наконец-то прилетают
Вилли загрузил программу прохода астероидного поля и откинулся в кресле. Маячки работали исправно. Почесав брюхо, он нажал кнопку голосовой связи и сказал:
— Через двадцать минут заходим на посадку. Эй, там! Слышите меня? Сделайте вид, что вам интересно!