Как назло, я задела самого страшного мужика — огромного, косматого, с подбитым глазом и рассеченной губой, со шрамом на щеке. От него несло табаком и перегаром, а еще — гнилью изо рта. Двое других были похожи на обычных крестьян, и выглядели опрятнее. Женщина с гримом на лице напомнила мне актрису. Под платком обнаружилось бархатное платье алого цвета с глубоким декольте.
Выругавшись, мужик стал рассматривать меня с интересом.
— Гля, какая кра-а-аля, — протянул он и щелкнул языком. — Иди ко мне, согрею!
Испугаться я не успела. Женщина подскочила к мужику и впечатала кулак ему в живот.
— Остынь, Мартын! — прикрикнула она. — Не тронь барышню, не буди лихо!
Мужик, то есть, Мартын согнулся пополам и прохрипел, отодвигаясь в сторону:
— Да лады, лады… Тебе она на кой, Княжна?
— Дурень ты, Мартын, — беззлобно произнесла та, кого назвали княжной. — Проспись, после поговорим. А вы чего уставились? — зыркнула она на крестьян. — Легли, быстро! Зубами к стенке, целее будут!
— А ну, не шуметь! — крикнул из-за стойки дежурный. — Чего разорались⁈
В веселое место я, однако, попала. А в тюрьме, наверное, еще «веселее» будет.
— Барышня, иди сюда, садись, — позвала Княжна. — Ты кто такая будешь?
Отказываться от предложения я не стала.
— Ульяна, — представилась я, опустившись на лавку.
— Меня Княжной кличут, и ты так зови, — сказала моя неожиданная спасительница. — И чего такая ладная барышня тут делает?
— Я чужим именем воспользовалась, — честно ответила я. — Чтобы на работу устроиться.
— Тю… — Княжна вытаращилась на меня, как на полоумную. — Какая ж тебе с того выгода была?
— С рекомендательным письмом на работу устроиться проще, — пояснила я.
— Так чего тебя сюда привезли? Денег нет, чтобы штраф заплатить?
— Штраф? — переспросила я.
— Если впервые попалась на таком, то штраф заплатить надо.
— А… Так меня в убийстве обвиняют. Та девушка погибла, когда два поезда столкнулись. Пару месяцев назад, может, слышали?
— О крушении? Слыхала, — кивнула Княжна.
— Вот. А они говорят, это я ее убила, — вздохнула я.
— И зачем ты ее документы стянула, глупая? — фыркнула Княжна. — Вроде молодая, здоровая. Неужто работу не нашла бы без подлога?
— Ребенок у меня маленький…
Упомянув Митю, я вновь залилась слезами.
— Бедная, — посочувствовала Княжна. — Где он сейчас? В приют, небось, отправили?
— Нет, он… с отцом.
— Муж злой? Бьет тебя и ребенка?
— Он не муж, но он хоро-о-оший, — всхлипнула я. — И Митю люби-и-ит…
— Тогда чего ревешь? — искренне удивилась Княжна.
— Так… так…
И правда, чего? С Митей все будет хорошо, Яр о нем позаботится. Сердце рвется на части, стоит представить, как мой малыш плачет, потому что я исчезла. Я ведь не стала с ним прощаться, струсила, оставила все объяснения Яру. Он справится. Обязательно справится! Митя в надежных руках.