Отдуваясь, Закревский-Замшев положил палочки на поднос, ощущая в животе приятную тяжесть, а во рту — послевкусие острой лапши с сычуаньским перцем.

Поймал моторикшу, сел в прозрачную торпедообразную капсулу и отправился в аэропорт.

* * *

Стратоплан компании «Небесные драконы» доставил господина Замшева в Рио-де-Жанейро, где он задержался на три дня по делам фирмы. Инженер посетил заводы Бразильской империи, провёл переговоры в интересах российско-германской фирмы «Оптические механизмы», последний день посвятил составлению отчётов, которые и направил в свою контору во Владимире.

И фирма, и контора в древнем русском городе, и даже переговоры были самыми настоящими.

И — позволили убедиться страхующей двойке, которая, сменяясь, следовала за Закревским от самого Санкт-Петербурга, что за объектом хвоста нет.

Поэтому Пётр Аркадьевич спокойно, но не привлекая ненужного внимания, встретился с доном Луисом Алейшо Боланже.

Был дон Луис невысок ростом, обширен и весел, манерами больше напоминал обитателей фавел, однако вполне справедливо считался «серым кардиналом», во-многом определявшим направление бразильской экономической политики.

О делах «Нижегородской ярмарки» он, конечно, был прекрасно осведомлён и не преминул в разговоре пару раз обронить фразы, которые однозначно свидетельствовали о том, что информацию он получает не только из газет.

Но обронил осторожно и доброжелательно. Так, чтобы и возможный источник не засветить, и продемонстрировать, что использовать информацию во вред нижегородцам не собирается.

Закревский жест оценил.

— Дон Луис, скажите, как вы сами оцениваете состояние дел, которые сейчас интересуют господина Морозова? — Закревский понимал: спрашивает практически в лоб, что не слишком укладывалось в каноны бразильского делового этикета. От метрополии южноамериканская аристократия унаследовала любовь к извилистому окольному выражению своих мыслей, полунамёкам и лёгким обозначениям… И соединила это с жёсткой, давящей, словно кольца анаконды, деловой хваткой.

Однако Закревский решил рискнуть, рассчитывая, что такую прямоту дон Луис воспримет, как встречный знак доверия.

«Серый кардинал» поднёс к губам широкий низкий стакан, вдохнул аромат ликёра. «Из таких стаканов янки обычно тянут свою кукурузную самогонку», — подумал Закревский. Откуда у него эта привычка пить только из этих стаканов?

— Всё так же предпочитаете Jabuticaba Prosa Mineira? — улыбнулся он.

Дон Луис улыбнулся, отсалютовал бокалом, показывая, что оценил внимание собеседника к мелочам.

— А вы остаётесь верным кашасе. Мне кажется, она вам напоминает родную русскую водку.