Посмотрел на Хуц-Ги-Сати, снова вздохнул чему-то своему. Совсем по-стариковски вздохнул.
— Не чужой же ты, Дима. Отца твоего я хорошо знал. Мать — святая она у тебя… была.
И резко переключился.
— Что это за разговор — в САСШ уезжать? Ты с чего такое удумал?
Вот тут Хуц-Ги-Сати всё понял!
Всё это сочувствие, всё это «не чужой ты мне» — ложь это всё! Враньё! Вынюхивать коп приехал! Не пускать!
Он сразу успокоился.
— Мир повидать решили, — откинулся он на стуле, — По странам поездить. Хоть что-то кроме вашей тюрьмы увидеть. Пока молодые мы. Ясно?
Он подался вперёд и очень тихо сказал.
— Так что езжайте обратно, пока Маша не пришла. Нечего ей голову забивать.
Брязгин долго смотрел на него.
Молчал.
Тяжело поднялся и ушёл.
Спустя неделю Хуц-Ги-Сати продал «Медведя».
Глава 7 Закревский. Перспектива-2
Санкт-Петербург, Шанхай, Рио-де-Жанейро, Вашингтон, Чикаго
В Чикаго Закревский приехал уже уставший до чёртиков.
Наутро после разговора с Морозовым-младшим он первым делом нанёс визит в антикварный магазин, услугами которого пользовался, когда надо было подобрать подарок нужным людям. Близился юбилей Трифона Семёновича Рукавишникова. Так что визит консультанта «Ярмарки» и задумчивый выбор подарка во внутренних покоях хозяина магазина были совершенно мотивированными. Именно там хозяин держал наиболее ценные предметы, и в святая святых допускались только избранные клиенты.
О том, что эти внутренние покои соединялись со служебными помещениями фотоателье, находившегося в том же доме, знали только те, кому это было положено знать. Как и о том, какие заказы в том ателье выполнялись.
Час спустя Закревский, вежливо приподняв модную «федору», покинул лавку. Заказ договорились прислать к вечеру в гостиницу.
В течение дня Пётр Аркадьевич встретился с представителем «Охранного предприятия Смирнова», чьими сейфами и сигнализациями Морозовы пользовались, почитай, лет сто.
Затем, за обедом пообщался с известным журналистом из «Международного обозревателя». Обед, естественно, был за счёт Закревского.
Цены у «Кюба», конечно, всегда были безбожными, но Пётр Аркадьевич не переживал, Морозов никогда не жалел денег на хорошие источники информации. А журналист был как раз таким источником. Поскольку умел анализировать, держал нос по ветру, а с Закревским работал не только из-за денег, но и из искреннего мальчишеского задора ещё с тех времён, как Пётр Аркадьевич состоял в «Особенной канцелярии».
Говорили о Бразильской империи и Поднебесной.
В конце Пётр Аркадьевич попросил журналиста где-нибудь в компании обронить, что морозовский консультант интересуется околополитическими сплетнями в «демидовских» краях, особенно в окрестностях Екатеринбурга.