— Матерь Божья, — прошептал побелевшими губами Флойд Мур.

Томми резко развернулся спиной к океану и схватил какого-то матроса за руку.

— Что происходит? Кто сделал с ними это? — свободной рукой он махнул себе за спину.

— Подлодки торпедировали, только неизвестно чьи, — зло буркнул тот и рывком освободился от чужой хватки.

Пехотинцам стало жутко. Именно так — жутко, а не просто страшно. Их стезя — это твёрдая земля, где от вражеского огня можно укрыться за камнем, деревом, в ямке, в отрытом окопе. Но как спрятаться от пули или осколка посреди воды, где вокруг на сотни миль нет ни клочка суши? Бомба весом в тонну, сброшенная на окопы, в лучшем случае убьёт несколько десятков человек, истратив бо́льшую часть своей злой силы на создание воронки. Но здесь торпеда такого же веса уничтожит корабль… и несколько тысяч человек на нём.

Не успели исчезнуть в воде верхушки корабельных надстроек потопленных судов, как с неба на головы рухнул рёв множества авиационных двигателей. Немногим позже к безобидному шуму присоединились торпеды, бомбы и снаряды скорострельных пушек. Со стороны солнца конвой атаковали вёрткие и быстрые самолёты с большими красными кругами на крыльях и фюзеляжах. Они налетели волнами, будто появлялись прямо в воздухе на фоне слепящего глаза солнечного диска. Уже скоро небо над морским конвоем было заполонено вёрткими самолётами, больно кусающих корабли США. Да что там — уничтожающих их!

На глазах Томми два истребителя спустились практически до уровня воды, пролетели около полукилометра и влетели в один из миноносцев. То и дело в воду падали торпеды, которые рвали борта судов на куски. Огрызающиеся зенитки мгновенно замолкали и превращались в перекрученные, закопчённые груды металла, а тела их расчётов в окровавленные ошмётки.

От количества трассеров в небе стало тесно. Казалось, что там наверху просто нет места для самолётов. Но те продолжали свою страшную работу, ловко ускользая из прицелов зенитчиков и в ответ карая тех смертью и ранами.

— Пользоваться умеете? — к троице пехотинцев подбежал офицер-моряк с окровавленным лицом, который указал на счетверённую малокалиберную орудийную зенитную установку поблизости. Четверо матросов лежали рядом с ней, видимо, расчёт. Выглядели они так, словно попали под выстрел ранцевого огнемёта. И тем было удивительнее, что зенитка выглядела целой.

— Да-а, сэр, — кивнул Томми. — На броневике такая же…

— Плевать, — оборвал его моряк. — Живо встали и начали валить с неба чёртовых япошек.

— Япошек, сэр?

— Ты совсем ослеп? Не видишь, что это «зеро»?