подальше от всех и спрятал. Моя магия проявилась рано, и пока мы были вдали от города, отец обучал притворяться мамой. Показывал портреты, давал ее одежду, украшения, произносил умные слова, которые я заучивала, не всегда понимая, что они означают. После того как мы вернулись, он всем говорил, что мама еще очень слаба и последствия болезни дают о себе знать. Выводил меня ненадолго в облике мамы, мы прогуливались, но так, чтобы соседи видели нас только издалека. — А лавка? Кто делает для вас лекарства? Тарая криво улыбнулась. — Другие целители. По указке отца при жизни мама кропотливо записывала свои заклинания. Сейчас под видом разных людей я хожу к целителям и либо покупаю уже готовые зелья, либо приобретаю зачарованные ингредиенты, и мы смешиваем все сами. Заработок с перепродажи очень скромный, и дела в лавке идут неважно. Келдрик замолчал, видимо, подбирая слова, я также стояла ошарашенная, пытаясь представить детство несчастного ребенка, не просто потерявшего родителя в юном возрасте, а и еще вынужденного скрывать потерю и выдавать себя за мать. — Это ужасно, просто отвратительно. Вы мошенники, — выпалил возмущенный Келдрик. Тарая изменилась в лице, похоже, это были совсем не те слова, на которые она рассчитывала, открывшись и доверившись кому-то впервые. Сколько лет ей приходилось хранить эту тайну. Несчастный запуганный ребенок. Глаза девочки наполнились слезами. Камушек с насекомым выпал из ее рук и покатился под тележку, прямо в уличную грязь. Телепат присел на корточки и начал шарить руками под тележкой, пытаясь достать янтарь. — Ах ты вор! — заорал торговец, хозяин тележки. Обернувшись на крик, я с удивлением увидела вместо Тараи еще одного Келдрика. Дразня торговца, он рукой смахнул лежавшие на тележке товары в грязь, а затем принялся распихивать какие-то вещицы по карманам. — Стража! Стража! Вор, вор! — вопил взбешенный торговец. Крик не остановил лже-Келдрика. Вытащив из кучи товаров шкатулку из красного дерева с резными элементами на крышке, он швырнул ее прямо в продавца, а потом шмыгнул за соседнюю тележку, прячась. В этот момент, не понимая, что происходит, на ноги поднялся настоящий Келдрик, и тут же был схвачен торговцем за шиворот. — Ага! Попался, паршивец! Келдрик принялся отбиваться. Тут всеобщее внимание привлек огромный человек, пробиравшийся к ним через толпу зевак. — Что стряслось? — грубым басом спросил дозорный с опознавательными знаками княжества Кроуги на темном плаще. — Вор, — зло выпалил торговец и начал бесцеремонно шарить