— Конечно, не будем, — смеется Йети. — Знаете, сколько имперских марок стоит один выстрел из этой пушки? Такую сумму даже с долголетием эльфов нам с вами за всю жизнь не заработать. Наши ученые любят придумывать одно оружие разрушительнее другого, но когда просишь придумать адекватное применение, то начинают мямлить что-то несуразное. «Агестос» является… скорее символом устрашения, нет большого смысла уничтожать пригодные для жизни миры. Но, у нас есть много других игрушек, последствия применения которых не будут такими масштабными. Но мы и их не будем применять, не так ли?

Дипломат пристально смотрит на Дэалира, словно хочет прочесть ответ на его застывшем лице.

— Не будете, так как воевать с вами мы не намерены, — словно робот произносит эльф.

— Действительно, — кивает Йети. — Война нам не нужна. Порой без нее нельзя, но если можно решить конфликт мирным путем, то Юнион Дарк без сомнения выберет его. Печальные слухи о нас распускает пропаганда наших врагов.

— Безусловно.

— Так что, осталось уладить последнюю формальность и навсегда закрыть вопрос с восстанием. Раз теперь Восточный Горизонт является колонией Юнион Дарка, то наши законы начинают действовать и здесь. Согласно им, предателей и изменников родины ждет смертная казнь.

Теперь Йети полностью серьезен, подойдя к важному требованию, от которого зависит будущее эльфийской расы. Даэлир знал, что именно к этому сведется весь этот долгий разговор, где человек в красках описывал, что в случае сопротивления погибнет в тысячи раз больше эльфов.

— Я прошу выдать всех пойманных заговорщиков, включая вашу семью, — продолжает Йети. — Они будут прилюдно казнены на борту главного линкора под взглядами наших солдат с трансляцией записи по всей империи. В качестве жеста доброй воли мы изберем быстрый способ казни без дополнительных мероприятий, хотя обычно изменники публично подвергаются издевательствам и пыткам. Благодаря строгости наших законов, мы смогли создать невероятно сплоченное общество.

— Нет, — спокойно говорит Даэлир.

— Вы отказываетесь выполнять закон Юнион Дарка?

— Нет, — повторяет эльф, смотря в глаза дипломата. — Помимо ваших законов, здесь еще действуют и наши. И по древнему эльфийскому закону нарушители воли правителя, которые были им облечены властью, должны быть казнены самим правителем. Я сам выступлю судьей и палачом. В том числе над своей императрицей и дочерью.

Йети даже с некоторым интересом смотрит на эльфа, словно увидел с новой неожиданной стороны.

— Хм, неожиданное предложение, — произносит человек.