Выйдя из своего шатра, я улыбался, Чихеро всегда меня ревновала, но очень не любила, когда я замечал её ревность. И сейчас она была поймана с поличным и очень стеснялась своих действий. Надо еще раз переговорить с Акирой, иначе зная несдержанность моей черноокой красавицы. Один неверный шаг либо слово, и жизнь девушки оборвётся.
— Они опять вместе, не существует той силы что сможет их победить. — Услышал я разговор солдат по пути в походную душевую. — Тень и демон вновь вместе на поле сражений и империя Куртон падет у их ног, жизнью клянусь.
Конец главы.
Глава 31
Для того чтоб победить в войне нужно пролить не мало крови, как чужой, так и своей. Я никогда не испытывал удовольствия от совершаемых мной убийств, и ночные кошмары были тому подтверждением. Но в тот же время они были и показателем того что я не окончательно потерял себя, и еще не перестал ценить как свою, так и чужую жизнь. Хотя и думать о том, что люди после войн и сражений ничем не отличаются от тех, что не знали ни лишений и того что это такое отнимать жизни, было бы ошибкой.
Генеральное сражение между армиями двух империй что идёт вторые сутки забрало десятки тысяч жизни, радовало только, то что в основном эти потери понесла вражеская сторона. Радостью это можно назвать только с большой натяжкой. Все равно это были бесполезные смерти, от которых я уже устал, мне было сложно самому объяснить эту усталость. Весь день убивая я невольно начал испытывать к себе отвращение. И сила манипулятора все только портила, я чувствовал боль тех что умирали от моих рук.
И сейчас сидя в одном из окопов, я курил свою секретную сигаретку, особо не скрываясь пытаясь осознать, что мне надо сделать чтобы бесчисленный поток убийств окончился. Я сидел на дне воронки оставленной особо мощной ракеты и на три километра не было ни единого живого человека, только тысячи трупов вокруг. Когда сражение стихло я пытался найти раненых и потому остался в одиночестве отправив на отдых Креола и Акиру. Но раненых не было как бы я не искал, когда кипело сражение в полную силу то никто не стеснялся в методах добивания раненых. Их давили танками, по ним била артиллерия, владеющий всегда убивал раненого. Меня успокаивало только то что погибших солдат империи Куртон было в десятки раз больше чем наших.
Закалённая сражениями в десятках схваток наша армия неохотно отдавала жизни своих солдат. Мы уже знали, как надо воевать и умели забирать жизни, один пустой что прошел все сражения начиная с самой высадки был равен десятку вражеских солдат. И это не было преувеличением, я видел, как механик подбитого танка, гаечным ключом убил троих пустых и взяв с трупа павшего врага окопный дробовик, уничтожил еще семерых. Правда, когда патроны в его дробовике кончились его, разорвало пустой, окрасив его внутренностями борт горящего танка.