— Ну тогда, в Серебряную Рощу…

— Туда, лучше ночью, когда она светится… — отрицательно взмахнула головой Алинилинель, что-то высматривая впереди.

— Пределы Плакучих Ив?

— Тоже далеко… — похоже, Алинилинель, начала настораживаться.

— Ну, тогда, остаются нам только Сады и Поющие Фонтаны… — заключила, поникнув Елинилинель, и проследила за взглядом Алины, и слегка нахмурилась.

Впереди, у приближающегося крупного фонтана, было людно, точнее много эльфно.

Доносился серебристый хохот молодых эльфочек, и очень тщательно выдавливающий «басы», крайне молодых эльфов.

Собрание больше походило на спонтанный митинг, где на кромку фонтана, выдирался то один, то второй, и возвышенно что-то всем говорил. Возможно, декламировали четверостишья? Смешные… Поскольку, время пребывания, на «пьедестале», каждого из молодых эльфов, было совершенно не долгим. И слышались взрывы хохота.

И выглядели они… Ну эльфочки ладно… Им пышные рюши и воздушные банты, даже подходили. А вот молодые… Эльфы…

Разряженные в пух и прах, с куда более ажурными пышными платьями, чем то, что мне подогнал дед Алинилинель, молодые эльфы выглядели, словно выпущенными из песочницы. Детками влюбленных в аниме мамаш, одевающих своих мелких чад, покемонами.

— Что за стрем⁈ — уточнил я, разглядывая странное сборище.

Что необычно, на вид они были все взрослыми. Кое-кто даже, слегка старше, чем я. Но вот поведение!

— Это молодежь! — ответила Алинилинель, натянуто улыбнувшись. — Детки до ста лет… Резвятся.

Едкий хохот…Глумливо-издевательский. Покатывающийся…

— А почему напряглась? — удивился больше этому, я.

— Ну-у… Их не наказывают. Совершенно… И-и… — начала она, свой сбивчивый ответ, слегка побледнев, а я, осознав, в чем причина, добавил:

— По-видимому, зря… — и тщательно прислушался.

Очередной оратор выскочил на край фонтана, и начал распушенным воробьем, вдохновенную речь.

— А теперь, только чистая правда! — начал многообещающе он. — Говорят, что наша «девица» рехнулась. Уже, совсем как человек… — на последнем многие поморщились, сказав громко «фе-е-е». — Притащила слабого, полу-полу эльфа. Кровь которого ужасающе разбавлена, гномами, волками, человечками, и чуть ли не мочой… Говорят, там даже лошадь где-то пробегала… — общие смешки. — Осел и гномы… — всеобщее покатывание, на фоне его мерзкой улыбки. — Точнее, гнома и осел… — истерика. И тут он стал чуть серьезней. — Магически, никакущий, дохлый и… Что порадовало, молодой. Даже мы уроем. Он младше чем Чармалион… И наверное, столько же может… — и все уставились, на совсем еще молоденького эльфа. Точь в точь, как был раньше Елин, тщедушного. Только светлого. И всерьез, краснеющего.