Елин тут же начал безмятежно насвистывать, подняв свои честные-причестные зеленые глазки в лазурные небеса. Но столкнувшись с крайне удивленными взглядами, встречных, пялящимися на «нее» во все глаза эльфов, заткнулся, вспомнив видимо о том, что девушки редко насвистывают. Особенно, так безбожно фальшивя… И особенно, Эльфийки!…

Пройдя за фонтан, мы увидели в окружении младых эльфийских дев, Верилитонеля, почесывающего тыковку, и опасливо косящегося вверх, на фонтан, и гораздо выше, в пустующие небеса.

Засверестели, проржав с него, многочисленными птичками, невидимые эльфы.

— Птички… — неуверенно произнес он, на всякий случай, промыв в фонтане, почесавшую макушку руку. Видимо, камень, отлетевший от его головы, там же и скрылся. Под водной гладью…

— Ага!!! Птички!.. — нагло согласилась вслух с ним Елена, и удостоилась множества удивленных взглядов… — Ходят кирпичами!… — подмигнула она Верилитонелю, и тот узнав, нас всех троих, тут же побледнел, позабыв о злополучных птичках. Заскребся, начав мять в руках листы, с какой-то писаниной. Видимо, стихами… Оставляя на них, влажные следы.

Молодая эльфа в прозрачном голубом платье, с дарящим все, кроме сосков, декольте, поощрительно ему улыбнулась, чуть наклоняясь.

— Ну давай читай! Такие стихи!!! Ты так ее любишь! — не глядя на нас, увлеченно продолжила она, с легким придыханием. — Таинственная незнакомка… — и она томно, мечтательно вздохнула, — надеюсь, это… Я?!!

— Э-э-э-э… — проблеял он, округливая на Алинилинель, свои глаза. И вытащив перо из-за уха, почесал между «рогами».

А к увидевшим нас, присоединились все остальные, проследившие за его, не совсем обычным взглядом.

— Принцесса!!! — Алину тут же узнали, склонившиеся в быстрых поклонах, присутствующие эльфы. Красивые реверансы от эльф…

— Это ваше! — не став бросать, как обещала, под ноги, а просто, положив на край фонтана рядом, Алинилинель оставила коробку. Тот лишь страдальчески вздохнул…

— Я вас… — начал было Верилитонель, со смесью обиды, горечи, и чего-то еще во взгляде на меня, но был перебит, другим улыбчивым, услужливым, и похоже, уже не однократно слышавшим планируемое к высказыванию продолжение, молодым эльфом.

— Ненавижу!!! — уверенно и с наслаждением.

— Вы отняли у меня… — продолжил, флегматично тот.

— Мою любовь! Главнейший корень моего цветущего дерева! — продолжил, услужливо за Верилитонеля, в желто-оранжевых цветах эльф, насмешливо предо мной улыбаясь.

Видимо, обещанные, Елином, мгновенные слухи, сюда еще не дошли. Или плохо всосались…

Решив больше не выслушивать и не терпеть, я быстро клацнул кулаком, едва коснувшись, эльфа в лоб, тем самым отключив, и разместив его, сползшей кучкой желтой детской неожиданности, где и положено быть подобному дерьму, на полу.