— Всех кто носит подобную форму… — и я сбросил вид ряс, балахонов и накидок, включая специфические шапочки, — и кто носит на одеждах подобный знак… — и сбросил ненавистный треугольник.

— Их всех убить! — подчеркнул я.

— Да-а-а!!! — многоголосый восторженный, копящий злобу хор.

— Остальные друзья, если не оказывают вооруженного сопротивления…

Легкое затишье, и недоумение, с толикой разочарования.

— Они все люди как и вы… Живые существа… И не заслуживают Смерти! А им несут страшную Смерть в мучениях, те, на кого я указал… Подарим Смерть, тем кто ее просит и причиняет! Убьем их! Убьем их ВСЕХ!!! Вытряхивая из любых нор, где бы они, не укрылись!..

— Да-а-а!!! — многоголосый хор, похоже, четко осознал кто собственно враг, и в чем суть наслаждения.

— На стенах солдаты… — и я, вдруг ощутив сильнейшую боль, видно кто-то из моих мучителей, чересчур старался, поморщился и быстро скинул образ, увиденных мною солдат. — Стараться не убивать. Лишь травмировать и оглушать… Любая Жизнь, это ценность, и не стоит ее зря лишать.

Опять тишина… Недоумение и пронзающий голод.

— И главное, всем беречь себя! — бросил я, призадумавшись, как решить основную проблему. Проблему под названием — ГОЛОД. Скребущий, зудящий и требующий удовлетворения. Не смотря ни на что.

— Кто хочет, ЕСТЬ⁈ — уточнил я, собирая внимание и понимая, что все.

— Я-Я-Я-Я!!! — возопили сверх громко мысли, обрушившись на меня водопадом.

— Не правильно… МЫ!!! — исправил всех я, и продолжил. — Все мы хотим Жить, хотим Есть, и многое другое… Тоже ХОТИМ, — очередная игла, видимо как-то иначе вошла, зацепив нерв, и всколыхнув все бегущее поле болью.

— И не хотим Боли…. — добавил я, всем абсолютно понятное. — Боли и Смерти не хотят ВСЕ ЖИВЫЕ. — Что-то в левой ноге треснуло, запульсировав диким огнем, и я удерживая связь, вновь убыстрившую всех в рывке, от ощущений, к приближающейся манящей расплатой, стене, стараясь не разорвать связь, интуитивно выбросил еще нити. Сотню, две, тысячу, еще… Пока боль нее ослабла, до удобоваримой. Выискивая ими мертвых, расположенных не далеко. Или же, совсем близко. Где-то рядом. В городе… Не стал поднимать, а просто сбросил боль, оставив с ними связь… И продолжил:

— А кто хочет, есть, нужно лишь попросить…

— Как?!!! — удивилась толпа.

— Жизнь, Смерть или Еда! — скажите так встретившемуся, и он с радостью вас накормит. Настоящей и вкусной едой…

— Да-а-а!!! — восторженный дикий вопль.

— Особенно дамы… — и я сбросил им все виденные вариации их одежд, замеченные в городе, включая обнаженный вариант, чтобы вдруг что, не перепутали. — Они готовы накормить, стоит их только попросить. Детей не трогать, — и я сбросил им общее представление.