Зельмияш поджог струю, и направил через ров, обильно поливая огненным ураганом, нижние ряды.

Пока что мертвецы стояли, не особо напрягаясь и не спрыгивая вниз, заваливая строящуюся пирамиду.

— Они что, хотят выстроить из себя башни?!! — удивленно вопросил Гнедых, в прошлом конюх.

— И что потом⁈ — наконец осознав бесполезность усилий, особенно на фоне горящего фонтана земляного масла, перестал последним палить из лука, Дернар. — Зачем нужна, лестница в небо?

— Не знаю… — угрюмо ответил Вольрен, тоже не совсем все понимая. Он лично думал, что поднявшиеся бросятся в ров, и накрыв, быстро полезут на стену, а тут…

— Может, они хотят ее завалить?!. — ответил слегка перегоревший, поскольку появилось дело, Журен, начав пыхтеть у насоса.

— Зачем? — вновь уточнил Дернар.

— Чтобы сразу упасть с небес, и накрыть нас… — прищурившись, ответил, толстяк Крастер, начав активно вгрызаться, в невесть откуда появившуюся в его руках, сдобную булку.

— А какой же она тогда, должна быть высоты? Это же не вероятно! — удивился разговорившийся Дернар. — У них треснут кости…

— Вышокой… — односложно ответил Крастер, прищуренно жуя.

— Что ты все время жрешь!!! — возмутился, Хмырь, пыхтя у насоса. — Нас тут хотят убить, смерть можно сказать, в дверь стучит…

— Ничего… — Умирать лучше на сытый желудок! — улыбнулся Крастер, и принялся за другую. — И настроение… Подымается!

Все, кроме сосредоточенно льющего на стену из мертвых, горящее земляное масло Зельмияша, бросили на него взгляд, как на сумасшедшего.

— Авось, пронесет! — продолжил толстяк, и нервически хохотнул.

Странно, но после этого, страх начал плавно, отпускать всех. Не то чтобы совсем. Он стал, как бы притупленный. Умрем, так умрем… Хотя многие, просто задумчиво жили последние минуты.

Раздался странный, сербающий звук. Струя огня, дернувшись опала…

— Конец! Все! Нет земляного масла…. — Бросил Хмырь, траурно, заглянув во встроенную в насос, бочку.

— Все. Приплыли… — печально заключил Дернар, глядя как Зельмияш, отбросил в сторону суженную на конце, еще роняющие горящие капли, трубку.

— Нет. Не все!!! — отмахнулся Вольрен. — Строим укрепление! — и схватив один из тюков с ветошью бросил к передней кромке стены. — Жить хотите⁈ Тогда стройте круг!

— И что он даст… — не веря, обронил Журен, глядя как другие, поняв, начинают строить.

— Время. Шанс… Обольем камни смолой, где не хватит, и когда завалится… Когда начнет валиться, — поправился десятник, — подожжем. Огня они боятся… Пусть и не так, как бы хотелось. И будем рубить, всех тех, кто к нам рвутся.

Осознав, Хмырь тоже бросился помогать, начав разливать смолу кругом, обильно поливая и тюки.