Как вы помните, Тобенгауз отказался от своего поста, примкнул к Адамсам и получил пост в бутафорском правительстве. Да ещё и книжку написал. У нас были серьёзные разногласия по поводу Нергала. Вынужден признать, что по прошествии нескольких лет я был неправ, а экзорцист прав. И Марк, к сожалению, тоже говорил мудрые вещи. Остаётся открытым вопрос, что я мог сделать. Наверное, не возрождать культ. Похоронить Нергала в мифах и глиняных табличках, где ему самое место.
Из старых знакомых остались старуха-татуировщица, Марфа Затоцкая, брат Родиона Курзанцева, Клим и Наташа Козырева. На этом всё — прочие демонологи были мне неизвестны.
Клим Курзанцев возглавил конклав.
Наташа продвинулась до оккультиста.
Я оставил переговоры на совести Сандры — мне нужно было вытягивать из передряги Апраксина. Эрион заверил, что будет ждать меня в кармане. И попросил «не чудить». Клим отвёл в сторонку и тихо произнёс:
— Илья... не знаю, в курсе ты или нет... но орден гораздо слабее, чем раньше. С нами нет Родиона и Александра Трифоновича. Из экзорцистов — только я. По сути, мы изгоняем бесов за деньги, но заказов с каждым годом всё меньше.
— К чему ты это говоришь? — не дорубил я.
— Мы не сражаемся в аномалиях, — пояснил Клим. — Не объединяемся в Круги. Я не могу развеять хтона, как это делал ты. Если Нергал явится в конклав со своим воинством... нам не выстоять.
Клим был копией своего брата — низкорослый, худощавый, смахивает на азиата. И вечно смотрит сквозь собеседника, что поначалу дико раздражает. Это у них семейное. Родиона подставили под удар Чжао во время рейда в Бамбуковый Лес — он так и не вернулся из той вылазки. Вместе с Глебом Сатиным, моим первым наставником.
— Вот оно что, — улыбнулся я. — Не переживай. Мы с Эрионом отправляемся на последнюю битву. Всё, что я прошу — дать приют моей семье. Ненадолго. Потом мы уйдём.
— А если ты проиграешь?
Пожимаю плечами:
— Тогда в этот мир придут новые боги. И новые демоны. Они сметут все ваши конклавы, Глеб.
Оставив экзорциста обдумывать услышанное, я прыгнул в Непал.
Глава 23. Задушевная беседа с адептами Разрушения
После затерянного в Бездне дома Катманду показался суетным, пыльным и обшарпанным. Возможно, так оно и было на самом деле.
Я вышел из лавки, торгующей сувенирами.
Узкий тротуар, припаркованные байки, дремлющая под кирпичной стеной корова. Монах в оранжевой одежде, пучки проводов над головой. Пагоды, ступы, полчища голубей на черепичных крышах. По улицам ходят китайские и индийские туристы. Даже европейские лица мелькают. Первые этажи превратились в нескончаемую вереницу магазинов, лавочек, забегаловок с местной едой, турагентств и обменников.