— Я ведь предупреждал, — грустно улыбнулся Тобенгауз. — Помнишь, Илья?

— Помню, — отмахнулся я. — Но вы говорили со служителем культа. Я всегда был верен Повелителю.

— Как и я много тысяч лет назад, — заметил Эрион. — А потом понял одну вещь.

— Какую? — заинтересовался Тобенгауз.

— Нет принципиальной разницы — во что верить. И кому служить. Боги не пекутся о нас, как многие привыкли думать. Люди, демоны, призванные твари — расходный материал в их шахматной партии. Так уж лучше я буду верить в себя.

— И когда ты это понял, отец?

— Задолго до начала своего пути, — доверительно сообщил демон. — Самым сложным было убедить Нергала в необходимости странствия. Я делал упор на поиск новых миров, в которых могут встретиться потенциальные адепты. И меня отпустили. Ниимб тоже всё осознал, но совершил роковую ошибку — открыто выступил против Нергала. На весах бога тысячелетие — песчинка. А вот обиды наши владыки не забывают.

— А куда двинулись остальные боги? — спросила Наташа.

— Анум, Судьи и прочие? — переспросил Эрион. — Вот эти действительно хотели расширить ареал обитания. Праотец спрогнозировал кризис веры задолго до его начала. Ведь какой у бога главный враг? Забвение. А оно наступает с развитием цивилизации. Чем сильнее люди, тем меньше они нуждаются в духовных костылях. Молния перестаёт быть копьём Перуна, она превращается в электрический разряд. Солнцу больше не следует поклоняться и приносить жертвы, ведь оно — простая звезда, средоточие термоядерных реакций. И религии умирают.

— А вместе с ними и боги, — кивнул Тобенгауз.

— Скажем так, боги не умирают сами по себе, — мягко поправил демонолога Эрион. — Они слабеют, лишаются части своих возможностей. Бог — это энергетическая сущность. Бессмертная и практически неубиваемая.

— Но мы расправились с большинством Судей, — напомнил я.

— Верно, — согласился отец. — К сожалению, Нергал гораздо сильнее, ведь его питают адепты созданного тобой культа, сынок.

— И мы не разобрались с главным вопросом, — заметил Курзанцев. — Почему орден должен помогать отступникам и демону? Если мы ввяжемся в эту войну, конклав может исчезнуть. Мы слишком слабы.

— Боюсь, у вас нет выбора, — я покачал головой. — Анум и Нергал затеяли глобальный конфликт, результатом которого станет резкий всплеск веры. Ну, и приток душ в Иркаллу, само собой.

— Многие из павших воинов станут демонами, — добавил Эрион.

— У обоих кланов есть хтоническое оружие, — напомнил я. — Рано или поздно произойдёт обмен ударами. Вы же не хотите жить на руинах Неома?

— Вряд ли мы способны этому помешать, — парировал Курзанцев.