— Принимаем важных персон, — неожиданно спокойно отвечает он, зевая. — Подняли с рассветом старший состав. Словно мы няньки какие. Все вылазки переставили. Чтобы ее императорскому высочеству, значит, удобнее было. Они уже вылетели, на боевом дежурстве следующий взвод, следом мы.
Мы озадаченно переглядываемся. Значит, принцесса выбила себе боевую вылазку. Честно говоря не думал, что ее пустят в пустыню. Хотя, кто с ней будет спорить…
— Бегом на завтрак и к взлетной! — он с удовольствием прикрикивает, улучшая свое настроение.
Только и успеваем, что набить животы, выйти из под шатра столовой и сыто потянуться. Мирный гул базы взрывается пронзительным воем боевой тревоги. И на учения это точно не похоже.
Мимо нас проносится старлей, размахивая руками:
— Боевая готовность! К вертушкам! Сокол один подбит!
Дружно срываемся с места и бежим к складу с оружием. Боевая — значит нам нужно взять дополнительные боеприпасы и оборудование. Одаренные в этом случае выступают и как дополнительные носильщики.
— Что за сокол один? — кричу я вслед убегающему командиру.
Из-за летного ангара один за другим срываются в небо вертолеты.
— Разумовская! Упала вертушка с императорской дочкой! — орет он уже у ворот ангара. — Несколько прорывов хаоса одновременно, демонов им в зад!
Глава 21
— Он что, сказал несколько прорывов? — пыхтит рядом со мной на бегу Покровский.
— Не уверен… — бросаю я и ускоряюсь.
Во время беготни и воя тревоги особо не до раздумий. Паники нет, но жара, крики и стоящий в воздухе песок сбивают с толку.
Мы плотно набиваемся в вертолет, пока проводят последнюю проверку и подготовку.
— Все в воздухе! Третий и пятый на ремонте, готовят! — орет в рацию командир, поторапливая жестом техников.
Старлей, оторавшись, забирается внутрь. В раскрытых и зафиксированных дверях, свесив ноги, сидят по пустыннику, у закрепленных на корпусе крупнокалиберных пулеметов. На подвесах пушки и ракеты. Я ни хрена не разбираюсь в этом, но понимаю — дело серьезное.
На лицах огромные очки, под ними платки, на головах каски. Я только и вижу, что корявые надписи над краями — фамилии или позывные. Лис, Реутский и Кострома. Вот и познакомились, как говорится.
Пока улетевшие вертолеты рассредотачиваются, а мы ожидаем команды на взлет, наш командир дает нам хоть какие-то объяснения:
— Сокол один доложил об атаке в полутора часах лету. Затем о том, что поднимается буря. После мы получили сигнал бедствия. Они были сбиты и упали.
— Как это возможно? Как их могли сбить? — ору я в ответ.
Ничего не понимаю. Да, есть и летающие твари, но, насколько я знаю, уйти от них несложно. И, при нападении с воздуха, защищает броня. А в лопасти, какими бы они не были агрессивными, демоны не кидаются. Инстинкт самосохранения у них сильный.