Тогда Саудовская Аравия предстанет перед миром не провозвестником инноваций, а дураком, вбухавшим сорок пять миллиардов долларов в мошенничество. И ярлык «тупых нефтяных денег» разлетится по всему миру, точно огонь по сухой соломе. Астрономическая сумма, вложенная ради возвышения престижа нации, рисковала обернуться ядом, разъедающим этот самый престиж изнутри. Но для гордого кронпринца Фахида бин Салмана быть осмеянным как «недалёкие нефтяные деньги» было категорически неприемлемо.

Принц немедленно связался с Масаёси.

— Вот какова цена доверия к вам? Всё, что я получаю взамен, — это унижение и позор.

Однако на другом конце линии голос Масаёси звучал с непоколебимой уверенностью.

— Ваше Высочество, прошу вас, не поддавайтесь мелким уловкам Сергея Платонова.

— Правда неизбежно выйдет на свет. Дайте мне трое суток, и я развею любые сомнения.

Масаёси действовал стремительно. Он скупил прайм-таймовые слоты на CNN, BBC и Bloomberg, развернув массированное контрнаступление. Лавиной хлынули тщательно подготовленные доказательства — хронологии, переписка, железобетонные свидетельские показания, — призванные засвидетельствовать его правоту.

А ответ Сергея Платонова был…

— А, понятно. Ну, пусть будет так.

Всего одна короткая, небрежная фраза. И больше ничего. Масаёси застыл.

Как правило, подобные споры завершаются яростным публичным противостоянием, в котором выявляется законный первооткрыватель. Масаёси разыграл весь этот спектакль именно затем, чтобы вынудить Сергея Платонова выйти на ринг. Но Сергей Платонов не собирался ступать на сцену, которую Масаёси так старательно для него приготовил.

«„Пусть будет так“ — и всё?»

Однако, начав доказывать свою правоту, Масаёси уже не мог остановиться на полпути. И его односторонние тирады гулко уходили в пустоту, не встречая никакого ответа… В итоге вместо того, чтобы выйти из этой истории победителем, восстановившим честь, Масаёси молотил кулаками по воздуху, как последний глупец. Тем временем общественное мнение в сети начало принимать странный оборот.

— Он же сам сказал, что всё нормально, — так почему Масаёси в одиночку сходит с ума? Это делает его ещё подозрительнее.

— Стал бы настоящий новатор вообще обращать внимание на то, что говорит какой-то мошенник? Пустая трата времени.

— Его «доказательства» — это временныые метки в PowerPoint? Что это вообще такое, групповой проект в универе?

— Игра давно закончена, а он один орёт, требуя овертайма, и изматывает сам себя — смех да и только.

— Каждый раз, когда слышу, как Сергей Платонов говорит «ну, пусть будет так», у меня почему-то подскакивает давление. Или это только у меня?