«Если так…»

Осознав это, он сам не заметил, как расслабил сведённые напряжением плечи. Теперь он понял главное: для этого «примирения» нужна и его помощь. А значит, в этой комнате у него есть вес. Есть рычаг. В голос вернулась лёгкость.

— В таком случае… какую форму примирения вы предполагаете? Надеюсь, всё не закончится одними словами?

— Разумеется, нет. Слова без действий ничего не стоят. Я хочу показать искренний жест примирения.

— Жест?

— Да. Наш Cure Fund намерен инвестировать десять миллиардов долларов в Visionary Fund.

На несколько секунд Масаёси застыл. Будто воздух в комнате стал плотнее. Сергей Платонов… Собирается вложиться в его фонд? Этого он не ожидал. Совсем.

— Что ж… это, безусловно, хорошая новость… но…

Слишком много раз его уже обжигали, чтобы сейчас довериться без оглядки. А напротив сидел не кто иной, как Сергей Платонов. Человек, который никогда не делал ничего без причины. Человек, у которого даже улыбка могла оказаться частью стратегии. Не существовало ни единого шанса, что он просто возьмёт и отдаст деньги из доброй воли. За этим непременно скрывался иной расчёт.

Масаёси слегка подался вперёд и спросил, стараясь сохранить ровный тон:

— Будут ли у этих инвестиций какие-либо условия?

Сергей Платонов чуть качнул головой, будто вопрос показался ему слишком прямолинейным.

— Слово «условия» звучит чересчур тяжеловесно. Скорее, я не собираюсь ограничиваться одним лишь вложением капитала. Мне хотелось бы поделиться своим опытом и связями.

— Опытом и связями…

На поверхности это звучало почти идеально. Щедро. Благородно. Но Масаёси мгновенно понял скрытый смысл. Он смотрел в лицо собеседника, чувствуя, как внутри медленно поднимается холодная настороженность.

— То есть… вы намерены вмешиваться в работу моего фонда.

В голове словно зазвонили тревожные колокола. Он спрятал раздражение за спокойным выражением лица и уточнил:

— И каким именно опытом вы собираетесь делиться?

Сергей Платонов развёл руками с почти скромным видом.

— Как можно заметить по моим результатам, у меня есть чутьё на риски, которые другие замечают слишком поздно. Я хотел бы заранее предупреждать вас о подобных вещах.

Иными словами — как в недавней истории с Ubers — он собирался заранее указывать, где вспыхнет пожар. На первый взгляд предложение выглядело выгодным. Но Масаёси не расслабился.

— Вы будете нас «только» предупреждать?

— Ах, я бы хотел ограничиться этим… но мои предупреждения обычно сначала кажутся невероятными. Люди редко верят с первого раза и часто упускают момент.

Он пожал плечами с выражением человека, уставшего от чужой недальновидности. А затем беседа сделала резкий, зловещий поворот.