Наступила тишина. Густая, вязкая. Даже дыхание казалось слишком громким. Масаюши чувствовал, как внутри него сталкиваются гордость и холодный расчёт. Наконец он медленно выдохнул.
— … Я согласен.
* * *
Через некоторое время зал пресс-конференции наполнился гулом голосов, запахом дорогого парфюма и нагретой аппаратуры. Камеры тихо жужжали, как рой насекомых. Масаюши Сон вышел к трибуне.
— Я собрал вас сегодня, чтобы прокомментировать недавний конфликт между мной и генеральным директором Сергеем Платоновым.
Голос звучал ровно, но под ним чувствовалась усталость.
— Как вам известно, между нами существовали серьёзные разногласия относительно инвестиционной философии… — он на секунду замолчал, словно подбирая слова. — Однако при посредничестве саудовской королевской семьи у меня появилась возможность провести с ним откровенный разговор.
Он вдохнул глубже.
— И это заставило меня заново взглянуть на проблему, которую он поднимал — на «моральный риск» в технологической отрасли.
Лёгкий шум прошёл по залу.
— И тогда… я столкнулся с шокирующей правдой.
Его взгляд стал тяжёлым.
— Компания, в которую я лично инвестировал и которую называл символом инноваций XXI века, оказалась в самом центре этой проблемы. Эта компания — WeHub.
Тишина стала почти осязаемой.
Он продолжил — чётко, без колебаний:
— Генеральный директор WeHub направлял средства инвесторов в собственные структуры, сдавая компании принадлежащие ему здания по завышенным ценам.
В зале зашевелились.
— В статьях расходов под названием «повышение продуктивности» значились не только алкоголь и VIP-билеты на музыкальные фестивали, но и частная сауна в его офисе.
Кто-то нервно кашлянул.
— Под видом заботы о сотрудниках компания тратила миллионы на брендированную одежду, аксессуары для домашних животных и прочие излишества.
Он слегка сжал край трибуны.
— Кроме того, в штат массово оформлялись родственники и знакомые руководства. Создавались должности с размытыми обязанностями.
Короткая пауза.
— Например, жена генерального директора занимала пост «директора по духовной культуре». Также существовали такие позиции, как «директор по счастью», «вице-президент по просветлению»…
В зале повисло напряжённое молчание. Слишком абсурдно, чтобы быть правдой. И слишком реально, чтобы этим можно было отмахнуться. Сияющая витрина рухнула. И за ней оказалась не революция — а дешёвая, нелепая комедия. Но это было только начало.
Глава 3
Вообще, корпоративные скандалы, связанные с бухгалтерскими махинациями, редко по-настоящему захватывают внимание публики. Слишком много сухих цифр. Слишком много тяжёлых финансовых терминов. Слишком мало того, что обычный человек способен почувствовать кожей.