— Морган ответит… — Мясник ждал, и действительно над островом снова расправил крылья красный дракон. Он принял на себя все молнии, а потом вскинул голову и ударил в тучи потоком огня, выжигая и разгоняя их. Сильно и быстро.

— В прошлый раз он так не мог, — заметил я.

— В прошлый раз у гранд-капитана был один грааль, теперь два. И он умеет ими пользоваться, — ответил Мясник. — Надеюсь, это не все, на что ты рассчитывал.

— Учитывая мое послание, — задумался я, — мне кажется, стоит ожидать немного другого удара…

Не успел я договорить, как из моря показался синий язык… Нет, это был лепесток, соткавшийся из миллионов соленых капель.

— Это же… — выдохнул Мясник.

Лепесток взлетел вверх, а потом рухнул на дракона и остров, накрывая со всех сторон. Раздалось шипение, сквозь прибрежные воды вырвались клубы пара, но и все. Было видно, как дергается дракон, но не может ничего сделать. Лепесток продолжал скрывать остров и медленно опускался. Метр за метром, за считанные минуты под ним пропали очертания дракона, гор, города… Лепесток коснулся воды и медленно растаял словно утренний туман, вместе с которым исчез и пиратский остров.

Не было ни людей, ни кораблей, ничего, что бы напоминало о когда-то стоявшем тут городе Моргана.

— А ты не знаешь жалости, маленький волчонок, — Мясник повернулся ко мне.

Маленький корабль тем временем развернулся и также сквозь волны и ветер двинулся обратно на север. В сторону земель франков.

— Знаю, — я покачал головой. — Мне жалко тех пиратов, которые могли бы рано или поздно открыть для себя другой путь, как Сильвер или Малыш. Жалко рабов, что потеряли свободу. Как Паула… Жалко торговцев, которые пытаются заработать для своих семей. Как люди из деревни Пескадо. Но они все приняли свое решение, а я свое и готов за него отвечать, потому что если бы не сделал этого, если бы струсил довести дело до конца — погибло и пострадало бы гораздо больше. Разве вы не слышали никогда одну из первых строчек кодекса де маэстрансас: идальго сами творят мир вокруг себя? Пока у нас есть меч, пока есть сердце…

— Значит, жалеешь, но в случае чего повторил бы? — Мясник усмехнулся. — Действительно волчонок. Следишь за своим лесом?

— Что вы хотите услышать? — я нахмурился.

— Я хочу дать урок как учитель, — Мясник смотрел мне в глаза. — Красивые слова не оправдывают жестокость. Смерти — это метки, которые ложатся на душу. Думаешь, почему Морган сам не пошел войной на какое-нибудь баронство и не захватил что-то большее, чем пустынный остров? Почему войны начинают короли, а не те, кто стоят ниже?