я, чувствуя, как к глазам подступают слёзы. — Отправьте домой, туда, где нет ни Конти, ни вас, ни всей этой опасности. — Не могу, — произносит он тихо, и в его голосе звучит настоящая мука, от которой у меня внутри всё сжимается вопреки собственной ярости. — Не проси меня об этом, Ева. Только не сейчас. — Почему? — кричу я, вырывая руку из его хватки. — Почему не можешь просто отпустить меня?! Он молчит долго, глядя на меня с таким выражением боли и тоски, что на секунду мне кажется, будто сейчас он наконец скажет правду — настоящую, полную правду о том, что происходит на самом деле. Но вместо этого он просто качает головой и произносит тихо: — Потому что не могу. Пожалуйста, сядь в машину, Ева. Ради меня. И эта почти мольба в его голосе заставляет меня, вопреки всей моей ярости, вопреки всему моему отчаянию, сесть в машину без дальнейших споров. Всю дорогу обратно мы молчим, и я, украдкой поглядывая на его профиль, освещённый закатным солнцем, вижу, как у него на скулах ходят желваки, как крепко он сжимает руль, будто удерживая себя от чего-то, о чём я даже не догадываюсь. На вилле он не наказывает меня, но той же ночью я слышу, как он отчитывает Дженнаро в коридоре. Голос его звучит так, что у меня самой холодеет спина, хотя кричит он не на меня. Я слышу, как хлопает дверь его кабинета внизу, слишком резко для человека, привыкшего к абсолютному самоконтролю. Этот единственный несдержанный звук говорит мне больше о его истинном состоянии, чем любые слова, что он произнёс на той пыльной дороге. Я лежу в темноте своей комнаты и слушаю этот разговор через приоткрытую дверь. В этот момент я впервые с ужасающей ясностью понимаю: человек, способный настолько разниться в обращении со мной и со своими же людьми, — не просто опасен. Он полностью, безоговорочно одержим мной, и эта одержимость страшит меня сильнее, чем сама его репутация. Глава 13 Ева Спустя несколько дней после неудачного побега я случайно становлюсь свидетельницей той стороны жизни Дарио, которую он старательно скрывает от меня за завтраками на террасе и тихими разговорами при свечах. Ещё утром того же дня я замечаю, как Сальво о чём-то тихо шепчется с незнакомым мне мужчиной у ворот, и оба замолкают, стоит мне подойти ближе. Эта деталь тогда кажется мне незначительной, но именно она сложится в куда более пугающую картину уже через несколько часов. Я спускаюсь в кабинет за книгой, которую забыла там накануне, не подозревая, что внутри идёт встреча, — и застываю в коридоре, услышав голоса за неплотно