— Костик, да ты поэт!

— Просто, я тебя люблю! — неожиданно для самого себя признался не склонный к сантиментам Стрелец. — Завтра вечером мы садимся на вокзале в Кельне, а рано утром просыпаемся на Северном вокзале Парижа. Я подумал, что после всего этого боннского сумасшествия нам нужно просто посмотреть в окно на Рейн, на Бельгию, под стук колес выпить чаю из фарфоровых чашек в буржуазном вагоне-ресторане — господи, были же времена, — и без аэропортовской суеты прибыть во Францию.

Поезд Кельн — Париж был синонимом роскоши Старого Света: лакированное дерево панелей, тяжелые бархатные шторы, начищенная до блеска латунь и строгие, солидные проводники.

— Кажется, я начинаю себя чувствовать героиней киноленты, — тихо произнесла Альбина, подходя к мужу и кладя руки ему на грудь. — Неужели это все происходит со мной⁈

— Это только начало, — Стрелец нежно поцеловал ее в макушку. — Нам нужно позаботиться о наших личных воспоминаниях. Так что давай решим, что мы хотим там посмотреть.

Стрелец развернул на кровати карту Парижа. Красный карандаш советника скользнул по центру города.

— Смотри, вот наш «Hôtel de Crillon» на площади Согласия. В самом сердце! Из планов: в первый день предлагаю Лувр. Обязательная классика, но без фанатизма, иначе выдохнемся, не успев начать. Вечером — романтическая прогулка на речном трамвайчике «Bateaux Mouches». На второй день я хочу показать тебе Монмартр. Не туристический, а тихий, с художниками и маленькими кафе, где подают луковый суп. А на третий день… На третий день у нас Гранд-Опера. Но это — вечером. А днем поедем смотреть, как возводят La Défense.

— La… что?

— La Défense. Это новый футуристический район из стекла и бетона в пригороде Парижа, — Стрелец не мог отказать себе в удовольствии увидеть своими глазами, как возводится один из шедевров современной архитектуры.

— Вот чего не понимаю, Костя, — Альбина с легким подозрением уставилась на мужа. — И откуда ты все это знаешь?

— Книжки надо читать, милая! — Стрелец понимал, что ступает на опасную почву.

— А я, по-твоему, в школу не ходила⁈ — жена всегда обижалась, когда он отвечал подобным образом.

На самом деле Альбина была девушкой начитанной и эрудированной. Она и сама многое повидала, пока ездила с родителями в зарубежные командировки отца. Поэтому снисходительный, покровительственный тон мужа не просто задевал, но и обижал ее.

— А что в опере? — она решила сделать вид, что ничего не произошло.

— Серафима Павловна заказала нам билеты на премьеру «Трубадура» с Пласидо Доминго.

— Ах! На премьеру, — в этот момент в Альбине смешалось все: и эстетический интерес, и природное любопытство, и тщеславное стремление быть лучшей. — И что же я надену на премьеру? Я слышала, французские женщины на такие вечера приходят в бриллиантах!