Я сел в автобус, занял своё место у окна. Честно говоря, сердце моё бешено колотилось. Свою студенческую жизнь я уже окунулся с головой и уже привык к ней, а вот увидеть своих родителей молодыми, ощутить себя снова девятнадцатилетним сыном — для меня было как-то волнительно. Когда я попал в прошлое, мои родители, к счастью, были ещё живы, но тем не менее сейчас я увижу их молодыми — и многих тех соседей и родственников, которых уже нет в живых. Волей-неволей тут поверишь в многообразие вселенных. Я даже потёр висок — не сон ли это? — но автобусная тряска быстро вернула меня в реальность.

Дорога в те годы была очень плохой, только лет через пятнадцать проложат асфальтированную дорогу из Биробиджана до Амурзета. А мое село станет почти совсем заброшенным, автобусы туда совсем перестанут ходить. Я знал это будущее, и оно давило на меня тяжестью несбывшейся надежды.

Населённые пункты по маршруту попадались редко. Машины тоже ездили нечасто. Всего каких-то двести пятьдесят километров, которые по асфальтированной дороге можно проехать за пару часов, по проселочной дороге занимали часов восемь, а то и больше: дороги частенько были размыты горными ручьями, которые сходили с сопок, то и небольшими речушками. Прямо по курсу иногда выскакивали косули, и водитель терпеливо ждал, пока они перебегут. В моей деревне ещё работал совхоз, а в других посёлках колхозы и совхозы уже давно закрылись, и люди выживали как могли — это было видно по запустению и некоторым разрушенным домам, когда мы проезжали через редкие села. У некоторых домов крыши уже просели, окна были заколочены, и только крапива в человеческий рост свидетельствовала о том, что жизнь здесь ещё теплится.

Раньше, помню, эта дорога всегда была для меня в тягость: трясучка, целый день в тесноте. Люди везли много сумок, некоторые ехали стоя, прижимаясь друг к другу, как сельди в бочке. В салоне пахло потом, дешёвым одеколоном «Шипр» и варёными яйцами. Но теперь я воспринял это как экскурсию в свое прошлое. И вот мы наконец подъехали к административному центру нашего Октябрьского района — селу Амурзет. Это странное название образовано от аббревиатуры «Амурское земельное товарищество», село основано в 30-е годы XX века. А вот моё село Екатерино-Никольское было когда-то казачьей станицей, основанной в 1858 году. У нас даже был сам Николай II, когда он ещё был просто великим князем и путешествовал по стране. От нас последний император Российский через Владивосток поехал в Японию. Я всегда гордился этим кусочком истории, хотя к тому времени от былого величия не осталось и следа.