Всего в игре сейчас семь человек: я, Ворон, три «германца», прессующие Ворона, а также один из «римлян» и «германец», сошедшиеся в зрелищном поединке один на один. Уровень владения мечом у поединщиков примерно одинаковый, поэтому махаться они могут долго.

Нет, так дело не пойдёт. Поднимаю копьё и бегу в сторону Ворона. С дистанции пять метров бросаю копьё и поражаю спину одного из «прессовщиков» Ворона. Копьё вышло из его груди как детёныш чужого, правда, не кричало и не дрыгалось. «Германец» развернулся, сделал пару шагов, а потом завалился на покрытый чёрной кровью песок, аккурат рядом с уже убитым «римлянином», смотрящим в потолок с яркими прожекторами своими мёртвыми, голубыми глазами.

— Мочи его, Герман, я возьму этого! — распределили оставшиеся «германцы» цели.

За спиной «германца» располагался здоровенный экран, который в настоящий момент показывал физиономию «германца». Такие экраны были с четырёх сторон арены, чтобы все могли видеть происходящее с разных ракурсов.

«Германец» увидел себя на экране за моей спиной, поэтому решил что-то сказать в честь такого события.

Морда у него нордическая, волосы белокурые, глаза голубые — Алоизыч не признал бы в нём унтерменьша.

— Ich bin Arnold, Sohn von Karl, ich werde dich langsam töten! (Я Арнольд, сын Карла, я буду убивать тебя медленно!) — сообщил мне этот тип по-немецки с очень хреновым акцентом.

— Пошёл нахуй! — сообщил я ему, когда увидел, что камеры сфокусировались на моём лице.

Вижу, что Голова поморщился. А чего они ждали, когда забыли выдать мне текст?

Нет, я понимаю, что «должен делать то, чего от меня ждут», но на этой постановке уровня детсадовского утренника какой-то самостоятельно придуманной роли играть не собираюсь!

Арнольд грозно зарычал и бросился в атаку. Он очень неплох, я вижу это по движениям. Хороший мечник, развитый боец, но у него нет щита. А у меня есть.

Во время арнольдовского пробного выпада мечом пытаюсь схватить его, одновременно делая выпад своим мечом. Мой меч лишь шоркнул по кольчуге, а за вражеский я даже зацепиться не смог. Ублюдок лыбится самодовольно. Ну ничего, сейчас…

Кидаюсь вперёд, левой рукой отвожу выставленный мне навстречу меч и лбом, защищённым стальным имперским шлемом, пробиваю Арнольду в лицо, ломая ему нос и левую скулу.

Арнольд хлюпнул, а я упёр в его грудь, в области солнечного сплетения, меч, затем взялся за его плечо левой рукой и императивно потянул на себя. Меч вылез из спины Арнольда, с усилием разорвав кольчугу. Отстраняюсь и смотрю ублюдку в глаза. О нет, дружок, ничего ещё не закончилось.