— Мы недалеко, — заверила меня Натти. — Высадимся в Мариуполе, доберёмся до Донецка, оттуда до Луганска, там снова в Россию, краешком по Крыжонежской области, затем в Молгоградскую область, а там до Боратова рукой подать будет. Юстина знает Донецкую область, поэтому не будет проблем с ориентированием по местности.
— Отличный план, — кивнул я. — Пешком пойдём?
— Нет, — покачала головой Натти. — Юстина знает место, где можно разжиться бронетехникой. Я умею водить, а ты, Доктор, по ходу научишься.
— Да, не помешает… — кивнул я. — Кстати, приятно познакомиться, ребята! Юстина, Пётр, зовите меня Доктор!
— А Доктор — хороший человек? — задал Пётр вопрос Натти.
— Очень хороший, — заверила его бывшая школьница-гладиатор. — Самый лучший из тех, кого я только встречала за свою жизнь.
Эх, Натти-Натти… Знала бы ты, как изменило меня время…
Глава седьмая Неназванное
Море, катер — это имело бы лёгкий налёт романтики, не будь мы покрыты льдом, усталы и вообще готовы на всё, лишь бы оказаться на берегу.
Когда мы пересекли линию Саганрога, поднялась охренительная буря.
Катер мотало туда-сюда, но, благодаря мастерской работе Натти, не переворачивало. Мы обледенели, не хотелось двигаться, вообще ничего не хотелось, а буря всё не утихала.
Благодаря улучшенному «Восприятию» я даже разглядел дрона, который потерял управление и навсегда ушёл в Азовское море. Видимо, нас ищут. И нашли бы, не случись бури.
И теперь у меня очень двойственное отношение к этой буре…
Волны вздымались до пяти метров в высоту, но сейчас всё слегка поутихло, поэтому имеется уникальная возможность причалить к берегу.
— Надо к берегу… — склонился я к Натти, сидящей рядом. — Мы так долго не протянем…
Она сжалась и визуально казалась меньше, чем есть на самом деле.
— Надо… — прошептала Натти. — Пётр… Пётр…
Пётр же, будто не ощущая холода… Хотя какой, нахрен, не ощущая⁈ Он реально не ощущал холода! Ну или ощущал его охренительно слабее, чем мы!
Натти сообщила, что ранить его можно, но это очень тяжело. Нож можно забыть, охренеешь резать, а огнестрел до 7.62×54 миллиметра включительно оставляет синяки разной степени тяжести. А вот пятый ранг способности, который он никогда не сможет получить, сулил абсолютную неуязвимость. Впрочем, он с двумя единицами«Интеллекта» был способен только мычать и выполнять примитивные команды, причём в девяноста девяти случаях из ста делать это неправильно, а с одной единицей он не был бы способен делать и этого. Одна единица «Интеллекта» — это овощ. Только эпически большая удача могла помочь такому выжить и получить уровни, а потом и распорядиться очками способностей. В общем, если такие и есть сейчас, то им нужен опекун, который должен знать, какое сокровище опекает…