— Вот же сука…
Быков кивнул.
— Морозов говорит, операция будет такая, что весь отряд поднимут. И не только наш.
— Кто ещё? — спросил я.
— Джелалабадский спецназ подтягивают. Плюс вроде мотострелки и вертушки, но это не точно.
Вебер тихо присвистнул. Это уже действительно было не похоже на обычный выход группы. Саевич нахмурился:
— Значит, там совсем серьёзно.
— А то. — Быков закурил новую сигарету. — Морозов сказал, что операцию готовили давно. Будет полноценный штурм. Задача — полностью захватить и уничтожить укрепрайон. Выход завтра, поднимут отряд по тревоге. Поэтому он и рассказал мне, чтобы мы заранее готовы были. Выход, возможно, на несколько суток.
Равиль сидел, глядя в землю. Вся его недавняя радость исчезла будто её и не было.
— Да что ж за невезуха такая… — пробормотал он. — После приказа на дембель, когда мы уже почти дома…
Я молчал. Почему-то именно сейчас особенно остро стало понятно: никакого «почти дома» здесь не существует. Пока ты в Афганистане — всё может перевернуться с ног на голову мгновенно. Даже дембель.
Из штаба в этот момент вышел Морозов. Дошел до казармы, окинул нас взглядом. Закурил, посмотрел на притихших дембелей. Впервые я видел, чтобы у Морозова на лице промелькнуло что-то типа смущения. Потом негромко сказал:
— Завтра с утра начнут выдавать дополнительный БК и сухпай на несколько суток. Готовьтесь. Кто уже расслабился — зря.
И ушёл обратно в штаб. Равиль проводил его взглядом и тихо процедил:
— Вот умеет человек настроение испортить.
Подняли нас ещё ночью. Не весь отряд сразу — пока только группы, которым предстояло выходить первыми. Дневальный влетел в казарму, щёлкнул выключателем и коротко бросил:
— Вторая группа! Тревога! Пять минут!
Этого хватило. Казарма ожила мгновенно. Никто не суетился, не носился между койками. Дело привычное, тем более, что мы заранее были предупреждены Морозовым.
Я быстро натянул разгрузку, подхватил ПКМ и начал проверять ленты. Рядом Равиль молча проверял выстрелы к РПГ. Быков сидел на табуретке и запихивал в и так полный РД пачки с трассерами, которые решил взять в последний момент.
Морозов появился почти сразу.
— Проверка через две минуты. Полный БК. Воды максимум. Работаем головным дозором.
После этих слов в казарме на мгновение все замерли. Мы повернулись к старлею, бросив свои дела. Головной дозор в такой операции — дело паршивое. Именно ты первым лезешь туда, куда потом пойдет весь отряд, и именно ты, если будет суждено, примешь на себя первый удар.
Морозов быстро прошёл вдоль коек, проверяя людей и снаряжение.