По словам Исайи, второй этаж – мужская комната отдыха, где мужчины могут поиграть в бильярд, карты, посидеть за ставочным столом, покурить сигары и отведать тяжелого алкоголя, а вот третий – дамский; дамам предоставляли чаек, кофе, дорогие пирожные и редкие конфеты, фруктовое и цветочное вино, в качестве развлечений — собственный небольшой театр кукол.

Аха…

Где мой белоснежный парик с тугими спиральками и белила?! И платье, здесь, кажется, требуется совершенно иной фасон. Но. Все не так плохо. На дамском этаже также можно было поиграть в карты в отдельной комнатке, посмотреть телевизор и покурить сигареты, но все — за специальными ширмочками. Вот так вот, девочки.

— Аукцион начнется через двадцать минут, — негромко сообщил Исайя, ведя нас вновь в основной зал из дамского, и игриво подмигнул, жестом останавливая пробегающего мимо официанта с подносом. — Шампанского, дамы?

Девочки захихикали и согласились, я же отказалась, решив приговорить бокальчик попозже. С улыбкой снабдив вампирш бокалами, Кан собирался что-то сказать, как его отвлек подошедший импозантный мужчина с тростью, вовлекая босса в разговор о бизнесе. Вампирши недовольно поджали губы, хитро переглянулись и умчались к столам с закусками; потоптавшись рядом с Каном, отошла к одному из столов ближе к колонне, по пути все же стащив бокал шипучки. Наблюдала за манерными гостями, бросала взгляды на Кана и приглядывала за своими подопечными. Любопытно, а где миссис Кан? Босс нас ей не представил, я вообще не видела его матушку и никого похожего на родительницу Исайи, возможно, она где-то здесь, общается со знакомыми, а нас представят после аукциона, перед танцами?

…По спине вдруг пробежался холодок, клыки невольно прорезали десна. Обернулась, сталкиваясь с красивой статной женщиной в графитовом роскошном платье с белоснежными ажурными вставками. Иссиня-черные волосы уложены в сложную косу, украшенную драгоценными камнями, чей кончик свободно свисает с левого плеча, оливковые глаза смотрят пристально, с трезвой холодностью, алые губы изогнуты в вежливой улыбке, кожа нежная, персиковая, так и не скажешь, что этой алийке минимум шестой десяток.

Мама Кана отыскалась сама.

— Доброго вечера, миссис Кан, — поприветствовала тихо.

Идеальная черная бровь удивленно выгнулась.

— Как вы догадались, милая?

— Ваш сын очень на вас похож, — обернулась в зал, находя босса в компании уже тройки незнакомых мужчин. Будто почувствовав мое внимание, он повернул голову, прищуриваясь с тревогой. А вот темно-синие глаза и строение черепа явно списано с папы Кана. Или дедушки, или еще кого-то, да.