— А, что же не заехали тогда?

— Понимаешь, этот господин Гедин, известный шведский географ, и ярый ненавистник всего русского. Я когда-то читал о нем в каком-то журнале, еще перед отъездом в СССР. Он как раз собирался во Внутреннюю Монголию на раскопки этого города. Похоже, до сих пор копается. И потому, произнеси мы там хоть одно слово по-русски, и могли нарваться на неприятности. Ведь мы с тобой, фактически нелегалы. То есть, вздумает, кто-то проверить наши документы, и придется как-то решать этот вопрос. И если скажем в Шанхае еще как-то выпутаться из этого положения было возможно, учитывая некоторые знакомства, то здесь сделать это будет гораздо сложнее.

— Да, кстати, забыл упомянуть еще об одной империи, которая находилась за этими стенами. Только не смейся и не обижайся.

— На что?

— Название империи для русских звучит несколько, скажем так, необычно.

— И как же?

— Си Ся.

— Шутник. — Произнесла девушка отворачиваясь.

— Я серьезно. Пишется как два отдельных слова, что это значит не знаю, но похоже эти «Сиси», были весьма грозными соседями, если китайцы решили поставить такую огромную стену, для защиты от них. Хотя может и от кого-то еще.

— А можно на нее подняться?

— Наверное можно. Подъедем поближе, может кто-то подскажет.

— А куда ты думаешь вообще отправиться, ведь так и не сказал мне о конечной точке.

— В общем-то пока я нацелился на Индокитай, и по той самой причине, что официально я считаюсь французским гражданином. Кстати разрешите представиться, мадмуазель, Серж Дюпре, к вашим услугам. И мое гражданство, довольно легко подтвердить, сделав запрос во Французский банк, города Лиона. Там хранятся копии моих документов, которые я оставил, перед отъездом в СССР.

— А, я тогда кто?

— Ты моя супруга, происходишь и русской дворянской семьи, с которой я познакомился, находясь на работе в Советском Союзе.

— Ты делаешь мне предложение? — Тут же воскликнула Саня.

— Мы же договорились, подобюждать до конца поездки.

— Хорошо.

— Ну вот. — продолжил я начатое — А после, когда меня осудили за шпионаж, и подготовку к свержению Советского государства, и я сбежал с каторги, то нашел тебя, и теперь, мы вместе прорываемся на мою Родину во Францию. Как тебе такая душещипательная история.

— В общем неплохо, а тебя не выдадут обратно в СССР?

— Не думаю. Скорее раздуют эту историю, добавят какие-нибудь подробности, и еще сделают нас с тобой героями нации. Это более вероятно. Хотя, честно говоря, мне очень не хочется влезать во всю эту шумиху. Гораздо лучше будет, просто сообразить какие-то документы, и я бы даже не стал возвращаться во Францию. С такими деньгами, можно устроиться где угодно, а тот кризис, из-за которого я собственно и отправился в СССР еще далеко не закончился, так что, по большому счету, делать там сейчас нечего.