— Да не слушай ты эту суку! Все я правильно сказал! — Лютый встал из-за кресла, но тут же рухнул в него обратно.

— Че-то мне херово. Дайте я посплю пару часиков… — Выглядел Капитан Крюк и правда нехорошо: посеревшая кожа, испарина на лбу, воспаленные глаза.

"Какая-то у него подозрительная слабость к алкоголю", — Презрительно подумал Виктор, давя снисходительную улыбку.

Лютый же встал с кресла, согнал туда парня в адидасе, и сам в одиночку разлегся на диване. Неформалке пришлось и дальше ютиться на подлокотнике.

— Короче, давай Я дальше говорить буду, — Влез Урбан:

— Типа про отряд девять-одиннадцать он вроде все правильно сказал — что они вокзал держат, и зону вокруг, — Он ненадолго замолчал, видимо потеряв нить разговора. Потом очнулся и снова продолжил, — А, вот — вспомнил: у них народу там хоть жопой жуй: кто говорит сотня, а кто — и тыща! И еще: у них же татухи наколоты. Ну не у всех, а вроде только у опытных.

— Что за татухи? — Вдруг заинтересовался игрок.

— То ли веревка, то ли проволка, то ли еще херня какая на шее. Не помню уже! — Урбан вытащил из-за пояса флягу, и плеснул в опустевший стакан янтарной жидкости.

— Будешь? — Спросил он парня.

— Не, я когда пьяный — сразу в драку лезу, — С ходу придумал отмазку Виктор.

— А, ну тогда конечно, — С уважением посмотрел на него человек в адидасе. Сам он себя никак в плане алкоголя не ограничивал, но очень уважал тех, кто это делал.

А Санитар тем временем окончательно убедился, что тот мечник, у которого он забрал бастард, был из одиозной группировки. На мгновение парню стало неуютно. Иметь во врагах кучу боевиков было бы очень неприятно.

"Ладно, ничего страшного не случилось. Мужик тот уже наверняка никому ничего не расскажет", — Решил он и продолжил расспросы:

— А про других что? Церковники, там, "Сфинкс".

— Да, щас и до них базар дойдет, — Согласился Урбан. Несмотря на опьянение, он остался единственным, с кем можно было поговорить. Лютый почти заснул в своем кресле, временами взмахивая руками, бормоча что-то неразборчивое, и тяжело дыша, а Рыжая — потягивала остаток вина и дулась на всех сразу. Настроения ей не добавлял и тот факт, что при падении она успела ударится о стоявшую за диваном пустую бутылку. Теперь на ее левой щеке багровел и наливался желтизной синяк.

— Короче, самые крутые после отряда — это вояки. У нас же много частей было, плюс из Невинки в конце тоже войска ввели. Короче, они то тут то там, но свои территории контролируют плотно. Отряд с ними старается контачить, но, бывает, и постреливают друг в друга, — Урбан отдышался, допил свой коньяк и продолжил: