Хотя Геннадий Сергеевич уже выходил на работу в МИБИ, чувствовал он себя неважно. Об этом знало лишь несколько человек, но врачи его буквально с того света вытащили. Я ему предлагал взять отпуск и уехать в санаторий, но он отказался. Говорил, что, когда он на виду, всем от этого спокойнее.
— Пять с половиной часов перелёт, — сказал Руднев. Он словно ждал, что я не стану тянуть время и захочу сразу поехать. — Если индуса убьют, в бой не ввязывайся, жди немцев. Пусть лучше они сбегут. Соизмеряй силу и смотри сам, чтобы была возможность отступить.
Он положил мне руку на плечо, слегка сжал, затем пошёл отдавать приказы. В большом самолёте была всего дюжина удобных мест для пассажиров, а остальным приходилось размещаться на дополнительных сидениях. Всего же набралось около двадцати пяти человек, включая нашу компанию. Из отряда военных летели трое: братья Орловы и мастер поддержки, с которым я был знаком ещё по операции спасения Разумовских. Надо было бы с ними поговорить, но всё моё внимание сейчас было сосредоточено на Сабине и вредном ледяном лотосе, собирающемся разрушить остатки внутреннего моря, мешающие ему. Это было чревато быстрой и неприятной смертью. И мне нужно было понять, как этот процесс остановить или объяснить лотосу, что подобное ему только навредит.
Глава 9
Полёт до Дели я почти не запомнил, борясь с ледяным демоном внутри Сабины. Сложно описать это словами. Он не просто капризничал, а бушевал, как дикий зверь, запертый в маленькую клетку внутреннего моря. Только когда сообщили о скором приземлении, я начал понимать, что происходит. Треснутая оболочка внутреннего моря Сабины высохла и стала очень хрупкой. Если уходить от аналогий, то я чувствовал пустоту там, где должна быть внутренняя энергия у одарённого. Раньше она была, а сейчас осталось лишь оболочка. Обычно так выглядели эксперты после несчастного случая. Можно подумать, что всё очень плохо, если бы не крошечная, но яркая и горячая капелька силы в самом центре внутреннего моря.
Решение проблемы было очевидным, но я боялся навредить неосторожным вмешательством. Старую оболочку внутреннего моря пора было убирать. Ледяной лотос с этой проблемой пытался справиться самостоятельно, только сил не хватало. И чтобы ему было проще, я поддерживал вокруг барьер, следя, чтобы холодная энергия не рассеивалась. Вроде бы это работало, так как щёки Сабины за время полёта порозовели, вернулся здоровый цвет губ.
— Всё не так плохо, — тихо сказал я, держа её за руки. — Лотос меня перепугал, но он лишь пытается отвоевать для себя побольше места. Сейчас успокоился, так как устал. Тебе лучше?