Я многозначительно посмотрел на Сабину.

— В центре, особенно в Луанде, безопасно, — добавил Алан. — Если не забредать на окраину города и в трущобы.

Мгуапе мы ждали на улице прямо у выхода из аэропорта, напротив небогатой одноэтажной застройки, пестрившей вывесками магазинов. Мимо нас проезжали вполне приличные машины. Напрягал только дождик, но до нас он не долетал, разбиваясь о невидимую крышу. Пока я разглядывал вход в соседний магазин, рядом с нами остановился тёмно-красный минивэн старой модели, но сохранившийся в приличном состоянии. Мгуапе выбрался из-за руля, переходя в салон, и открыл для нас боковую дверь. Он как раз уходил, чтобы раздобыть транспорт, пока мы ждали багаж. В нашей компании у всех было по одному большому рюкзаку, с которым не страшно неделю путешествовать по необжитым участкам Африки. Нам предстояло проехать почти через весь континент, а с десятком сумок и чемоданом это будет сделать непросто, поэтому выбор пал на специализированное снаряжение для туристов. У каждого имелся спальный мешок с туристическим ковриком, запасной комплект непромокаемой одежды и крепкой обуви. На группу пара палаток и всё необходимое для лагеря. Не хватало только еды, но с этим мы должны были разобраться в Луанде.

— Надо встретиться с моим человеком и можно ехать на восток, — сказал Мгуапе, когда мы разместились в салоне. — Можно было бы и обойтись, но слухи вокруг ходят нехорошие.

Мгуапе говорил, что уезжал он не из-за хорошей жизни. В рядах его организации зрел раскол, подпитываемый извне. Разбираться он не стал, тихо собрал вещи и отправился в Европу. Говорил, что доверенных людей, на которых можно было бы положиться, почти не осталось. Кого-то банально перекупили, кто-то погиб или сбежал, устав от бесконечного конфликта. И с уходом идейных вдохновителей организация всё больше походила на банду, воюющую исключительно ради наживы.

Для встречи с информатором Мгуапе мы направились на север города, к побережью. И чем ближе подъезжали к океану, тем выше становились здания. Многоэтажки и настоящие небоскрёбы, казалось, они специально жались к океану, убегая от бедноты окраин. Порадовали центральные улицы в городе, широкие, с хорошим асфальтом.

— Деловой центр столицы, — сказал Алан, показывая в сторону одного из зданий. — В той стороне, отсюда плохо видно, здание Эндиама де Бирс. Британская корпорация, работающая по всей южной Африке. Добыча и обработка природных алмазов и производство синтетических. Это их люди были тогда, на Фунду. После того случая весь состав перетряхнули, полетело много голов. А вон то стеклянное здание принадлежит китайцам. Заняты они тем же самым, только пока в меньшем масштабе. Ну и Россия. Небоскрёбов у них нет, но они владеют почти сорока процентами местного крупнейшего месторождения алмазов. Точнее, у них доля в большой государственной компании. Если не ошибаюсь, восемь из десяти алмазов, добываемых в Анголе, выходят как раз из того карьера.