– Что? – хихикнула Милена.
– Муми-тролль или Снорочка? – повторил Федор. – Выбирай!
– Они парные! – Милена разглядела в кругляшах знакомые мордочки.
– Ага, это фликер, – объяснил Федор. – Светоотражатель. Будет о тебе заботиться.
– Как?
– Защитит от машин на ночных улицах.
– Ну, пусть Муми-тролль, – улыбнулась Милена.
Федор торжественно вручил ей фликер.
– А ты со Снорочкой будешь ходить?
– Или Снорочка со мной.
– Смотри, как бы я не заревновала!
– Пока, кудрулька. – Федор поцеловал ее.
– Пока, – прошептала Милена.
Нужно было идти домой, делать домашку, готовиться к занятию в архитектурной школе. Нужно… Но так тепло было стоять в объятиях Федора, чувствуя его дыхание в волосах, что Милена забыла и про домашку, и про все остальное.
Глава 2 Вегетарианская пицца
АНЖЕЛА руководила театральной студией восемь лет. И все это время мама Милены, ее однокурсница, брала дочку на спектакли и не встречала особого интереса. А в последние год-два Милена и вовсе отказывалась ходить на премьеры. Поэтому мама удивилась, когда в декабре дочь сообщила, что идет в театральную студию.
– Тебе ведь не понравилось, как она вела лабораторию на острове.
– Да нет, норм, – пожала плечами Милена.
Театральная лаборатория была, конечно, очень уж… креативной. Зато там Милена познакомилась с Федором и Тасей.
Мама прищурилась:
– Вы с Федей и так каждый день видитесь.
– Ну, мам, при чем тут это?
Но пунцовые пятна на шее Милены говорили, что очень даже при чем.
– И вообще! С Федором видимся, а с Тасей совсем редко!
– А как ты будешь совмещать с архитектурной школой? Со шведским?
– Ну, как-нибудь буду…
С того разговора прошло три месяца, и пришлось признать, что совмещать оказалось не просто. Шведский язык она почти забросила, не хватало мотивации. Но занятия в школе при Архитектурном университете не пропустила ни разу. Конечно, осенью, в девятом классе, нагрузки прибавится. Но об этом Милена и думать не хотела. В театралке она проводила три-четыре вечера в неделю, а потом до полуночи готовила уроки. И все бы ничего, если бы актерское мастерство легко ей давалось.
Милена вздохнула. Как-нибудь… Вот и выходило как-нибудь. Впрочем, сегодняшние эскизы ей нравились. Нужно будет вечером еще порисовать. Она положила маркеры и рисунки в папку, попрощалась с Инной Юрьевной и сокурсницами и, накинув куртку, спустилась по скрипучей лестнице.
Друзья ждали ее в пиццерии напротив Пряника – так в городе прозвали коричневый, с деревянными завитушками, особняк, в котором располагалась архитектурная школа. Милена, на ходу застегивая куртку, поспешила к пешеходному переходу. После вчерашнего ливня город был свежим, дерзким. Весеннее солнце отражалось в лужах, из литературного квартала доносились басы уличных музыкантов. Ветер потянул к себе папку, растрепал рыжие кудри, Милена подставила лицо солнцу и рассмеялась. Пусть все идет своим чередом, как-нибудь устаканится.